Разворот тенденции: израильтяне чаще улетают за границу, чем возвращаются
Почему аэропорт Бен-Гурион продолжает работать, несмотря на угрозы? В демократическом государстве нельзя запретить гражданам выезд, поэтому небо остается открытым, хотя интенсивность полетов значительно снизилась из-за оценки рисков.
Почему Бен-Гурион вообще открыт сейчас? Что гонит израильтян летать, особенно когда по центру страны выпускают ракеты, а целью становится главный аэропорт Израиля? Оказывается, в демократическом государстве нельзя запрещать гражданам выезд, поэтому Бен-Гурион остается открытым, даже находясь под угрозой.
Песах на земле: израильтяне хотят сбежать — но небо почти закрыто
На этот вопрос, и прежде всего на вопрос о количестве пассажиров, Управлению аэропортов приходится отвечать ежедневно. Вместимость рейсов меняется в соответствии с оценками ситуации, в которых участвуют представители Управления гражданской авиации (РТА), Управления аэропортов (РАШТ), армии и других структур — так принимаются решения о том, полетим ли мы и в каком объеме. На момент публикации этих строк речь идет о 50 пассажирах и еще 20 гуманитарных и других особых случаях на каждом рейсе, один самолет в час — цифры, которые далеки от ожидаемых.
«Мы за день до пасхального седера, и по плану сегодня должно было быть 600 рейсов и около 80 тысяч пассажиров. На деле — 40 с чем-то рейсов и около 8 000 пассажиров», — говорит Уди Бар-Оз, директор Бен-Гуриона, когда мы идем по рукаву C — единственному сейчас активному рукаву аэропорта. В нем есть маленький магазин дьюти-фри и одна кофейная стойка. Это всё. Это те предприятия, которые открыты в последний месяц. Ах да, еще киоск ХАБАДа в главном зале у фонтана с предметами культа для верующих, но без людей, которые им управляют.
«Это исторический прецедент, потому что нет аэропорта, который работает в условиях войны»
На данный момент из Бен-Гуриона работают только четыре израильские авиакомпании: «Эль Аль», «Исраэйр», «Аркиа» и «Эйр Хайфа». Иностранные компании не подают признаков возвращения, а некоторые обновили дату возобновления полетов на сентябрь — еще как минимум через полгода, и это не предел. С другой стороны, есть европейские авиакомпании, которые при получении сигнала и разрешения от Европейского агентства по авиационной безопасности (EASA) вернутся очень быстро. «Есть европейские компании, которые только и ждут возвращения, но не могут. Как только всё откроется, они будут первыми, кто вернется, причем раньше заявленного ими срока», — говорит Бар-Оз.
По словам Шарона Кедми, генерального директора Управления аэропортов, Бен-Гурион не прекращал работу во время войны, за исключением нескольких минут. «Это исторический прецедент, потому что нет другого аэропорта, который работает в условиях войны, и это делается с одной целью — сохранить небо Израиля открытым», — говорит он. «Самолет под ракетным обстрелом — это небезопасно, это топливный бак, и это может закончиться катастрофой, поэтому наша цель — свести к минимуму время пребывания пассажиров на земле, а также сократить количество людей на рейсе».
«В обычный Песах тут должно было быть безумие»
За распределение воздушных потоков отвечают диспетчеры в контрольной башне. Вид с 18-го этажа плюс два пешком обеспечивает великолепную панораму в 360 градусов центра страны — от низменности Шфела, поднимающейся к Иудейским горам, в сторону урбанистического скайлайна Тель-Авива и до сельскохозяйственных полей, окрашенных в эти дни в зеленый цвет и усеянных домами с оранжевыми черепичными крышами Кфар-Хабада и других близлежащих поселений.
Тут и там виден взлетающий или приземляющийся самолет. Две женщины-диспетчера отвечают за порядок в воздухе, и кажется, что он тоже течет неспешно. «В обычный Песах тут должно было быть безумие», — говорит Аси Бен-Михаэль, заместитель генерального директора по операциям в Управлении аэропортов, но сейчас всё происходит иначе. По его словам, контрольная башня во время войны работает параллельно с несколькими подразделениями, такими как контроль захода на посадку и контроль пространства, которые координируются между собой вместе с ВВС и другими структурами. «Мы изучили отчеты по операции "Им Кальви", извлекли уроки, увидели, где у нас пробелы, и адаптировали нашу текущую деятельность, чтобы у всех были инструменты для борьбы со сложными ситуациями, с которыми мы сталкиваемся», — объясняет он.
«Сегодня наблюдается разворот тенденции — больше людей выезжает за границу»
Итак, война в самом разгаре, и хорошо, что Бен-Гурион работает с низкой интенсивностью — человеческая жизнь превыше всего. Но для авиакомпаний речь идет о больших убытках, так как самолет на земле — это убытки. Управление аэропортов также теряет миллионы шекелей из-за отсутствия налогов, которые не платят пассажиры, неактивности дьюти-фри и других концессионеров.
Но откроется ли Бен-Гурион заново, если война с Ираном закончится завтра, в то время как ливанский фронт продолжится? «Нет причин, по которым Бен-Гурион не был бы открыт, если продолжится только война с Ливаном, как это было в прошлом», — заявила вчера порталу Walla министр транспорта Мири Регев. По ее словам, это происходило и во время войны 7 октября, и фактически народ Израиля не переставал летать и в последние два с половиной года. И это правда. Израильтяне не перестают летать даже сейчас. «Сегодня сложилась ситуация, когда наблюдается разворот тенденции», — говорит Регев, — «больше людей выезжает за границу, а около 120 тысяч человек, выехавших до начала кампании, вернулись в страну».
«Я должна позволить и людям, которые хотят выехать за границу с целью отдыха, а не по гуманитарным соображениям, дать им эту возможность», — говорит Регев о незакрытии неба Израиля. «Есть огромное давление, чтобы открыть больше. Сказать вам, что нет рисков? Конечно, риски есть. Так что, закроем небо? Но нужно принимать решения, касающиеся человеческих жизней, и каждый день мы принимаем решения по оценке ситуации, правильно ли проявлять гибкость или нет».
Те, кто в Таиланде, выехали после начала войны
По данным министерства транспорта, до пасхального седера в страну с начала войны вернутся около 190 тысяч человек, включая наземные переходы в Иордании и Египте, через которые на данный момент прибыли около 80 тысяч человек. Но число выезжающих через Бен-Гурион и наземные переходы составляет более 200 тысяч.
Разворот тенденции, о котором говорит Регев, выражается и в обратных рейсах, которые, как выясняется, уже не так востребованы. «Рейсы, возвращающиеся в страну, не заполнены», — говорит Кедми, — «а также пассажиры, застрявшие в Таиланде, улетели туда компаниями из Эмиратов и не могут вернуться через них из-за войны». По словам Ифтаха Рон-Таля, председателя Управления аэропортов, все, кому действительно было нужно и кто хотел вернуться к пасхальному седеру, прибыли в Израиль. «Большая часть тех, кто хочет вернуться из Таиланда, выехали в Таиланд после начала войны», — говорит он.
Итак, израильтяне не перестают летать даже в периоды тяжелых кризисов. Вопрос в том, как отпуск за границей стал повседневным товаром, как покупки в супермаркете, без которого невозможно обойтись? Видимо, нужно жить в такой сумасшедшей стране, как наша, где то, что действительно приносит радость, — это видеть большой самолет, взлетающий сквозь прозрачную слезу.
