Реальные возможности «Хезболлы»: почему демилитаризация Ливана остается под вопросом

Много говорилось о разрыве между громкими обещаниями политического и военного руководства относительно «разоружения «Хезболлы»» и реальностью на местах, а также о том, что демилитаризация Ливана не была определена как официальная цель. После того как эта информация стала публичной в результате брифинга «высокопоставленного офицера», военная верхушка попыталась пояснить, что речь идет о долгосрочной задаче, которая будет решаться в том числе политическими, а не только военными методами. Демилитаризация невозможна без проверки каждого дома в каждом населенном пункте Ливана, а у ЦАХАЛ нет ни намерения, ни возможности проводить подобные операции.

В руководстве системы безопасности приветствуют первые контакты по соглашению, однако высокопоставленные источники отмечают: даже если правительство Ливана выражает искреннюю готовность к демилитаризации, его способность реализовать это вызывает большие сомнения. Доказательством тому служит период между прекращением огня с «Хезболлой» в ноябре 2024 года и ее присоединением к эскалации.

В тот период заявления из Бейрута были обнадеживающими, но на местах предпринималось недостаточно усилий, о чем Израиль неоднократно предупреждал. Ближе к концу этого срока правительство Ливана настаивало на том, что южный Ливан якобы демилитаризован, пытаясь доказать выполнение обязательств и заставить ЦАХАЛ вывести силы из пяти контролируемых точек. Израиль категорически отверг эту позицию. Сейчас, когда ЦАХАЛ удерживает позиции, определенные как «противотанковые рубежи», он доказал, что территория не демилитаризована и «Хезболла» пытается восстановить там свои силы.

Израильская общественность, и прежде всего жители севера, заслуживают правды. Она заключается в том, что, несмотря на искреннее желание «разоружить «Хезболлу»» и «вернуть безопасность на северную границу», никто не может этого гарантировать, особенно в долгосрочной перспективе. Разговоры о том, чтобы «покончить с этой историей раз и навсегда», верны на теоретическом уровне, но не выдерживают проверки реальностью.

Мнимое затишье

Северная граница исторически была сложной ареной, несмотря на отсутствие тотальной войны между регулярными армиями Ливана и Израиля. Южный Ливан на протяжении многих лет оставался центром деятельности вооруженных организаций и главной целью операций ЦАХАЛ.

Граница была относительно спокойной до конца 60-х или начала 70-х годов, когда там обосновалась ООП. В ответ на теракты ЦАХАЛ начал проводить рейды на территории Ливана. Поворотным моментом стала операция «Литани» в 1978 году, приведшая к созданию буферной зоны и развертыванию сил ВСООНЛ.

Эскалация достигла нового пика в 1982 году с началом Первой ливанской войны. ЦАХАЛ вошел вглубь Ливана, дойдя до Бейрута, и попытался изменить политический и военный баланс. Война привела к уходу ООП, но также к длительному вовлечению Израиля в ливанскую арену.

После войны ЦАХАЛ оставался в южном Ливане в рамках «зоны безопасности», сотрудничая с Армией южного Ливана. В этот период «Хезболла» усилилась. Годы характеризовались постоянным истощением, потерями и изощренными терактами. В 2000 году, после многолетнего общественного и военного давления, ЦАХАЛ в одностороннем порядке отступил из южного Ливана, что ознаменовало окончание постоянного военного присутствия.

Напряженность не прекратилась. В июле 2006 года разразилась Вторая ливанская война. Несмотря на ущерб инфраструктуре «Хезболлы», война закончилась без явного решения, но создала тишину — некоторые назовут ее мнимой — до октября 2023 года.

История сдержанности

В этот период под поверхностью продолжалась интенсивная деятельность: «Хезболла» наращивала мощь, а Израиль действовал для предотвращения усиления организации, в том числе в рамках кампании между войнами (МБМ). Стороны вошли в ситуацию «уравнений», когда Израиль осторожничал, чтобы не провоцировать тотальный конфликт.

Израиль воздерживался от атак на цели «Хезболлы» в Ливане, понимая риски войны. Даже когда «Хезболла» отправила террориста с взрывным устройством на перекресток Мегиддо и когда террористы установили палатку внутри территории Израиля, политический эшелон предпочел сдержанность — это было частью израильской концепции накануне 7 октября.

Все изменилось 8 октября 2023 года, когда «Хезболла» открыла огонь по Израилю. Однако генсек организации предпочел не вступать в полномасштабный конфликт, и в течение месяцев боевые действия велись «на малом огне». В определенный момент Ливан стал главной ареной, и в этом контексте мы помним операцию с пейджерами и ликвидацию Хасана Насраллы, которые в сочетании с операцией «Стрелы севера» нанесли тяжелый удар по организации.

Высокий темп восстановления

ЦАХАЛ добился больших успехов, но, вопреки ощущениям части общественности, никогда не говорилось, что «Хезболла» уничтожена или полностью разоружена. Осведомленные источники неоднократно заявляли, что у организации остаются тысячи ракет, БПЛА и других средств.

ЦАХАЛ сохранял свободу действий по всему Ливану, но в армии постоянно предупреждали, что темп восстановления «Хезболлы» выше темпа сокращения ее возможностей, проводимого ЦАХАЛ ежедневно. Армия готовилась к операции в январе прошлого года, планируя действовать в местах, которые ранее избегала атаковать, таких как Дахия в Бейруте. Однако события, связанные с Ираном, отложили этот шаг, пока «Хезболла» не предпочла присоединиться к иранским обстрелам.

На данный момент, с прекращением огня против Ирана, ЦАХАЛ сократил деятельность в Ливане, сосредоточившись на юге страны, чтобы не сорвать переговоры. Высокопоставленные лица в ЦАХАЛ избегают термина «зона безопасности» из-за тяжелых коннотаций, используя понятие «зона обороны», которая останется в стране на месяцы и годы вперед.

В системе безопасности скептически относятся к демилитаризации, но подчеркивают: если правительство Ливана не выполнит эту задачу — а оно, вероятно, ее не выполнит — Израиль получит международную легитимность для продолжения операции.