Сложности оценки: куда движется война с Ираном
После успешного вступительного удара Израиль перешел к затяжной фазе противостояния с Ираном. На текущем этапе сложно оценить, приведут ли эти действия к долгосрочным стратегическим изменениям или лишь к временному истощению режима.
После вступительного удара, который считался успешным и беспрецедентным с точки зрения разведывательных и оперативных возможностей, Израиль перешел к более знакомой фазе: затяжной войне, менее драматичной и гораздо более трудной для оценки.
Тот факт, что тысячи целей были атакованы, не может служить мерилом успеха, так как в такой большой стране, как Иран, всегда найдутся новые объекты для ударов. Критерием для руководства Израиля должно быть совокупное влияние кампании и состояние Ирана после ее завершения.
Разрушенные заводы можно отстроить. Если обогащенный уран останется в стране вместе с сотнями ракет и пусковых установок в глубоких туннелях под контролем того же радикального режима, иранская угроза вернется и усилится через несколько лет, с учетом извлеченных уроков.
Разрыв между мощью деятельности и ощущением достижения не случаен. Значительная часть операций проводится скрытно: удары по цепочкам поставок, нарушение процессов разработки и точечная ликвидация носителей знаний. Это достижения, которые не всегда можно раскрывать. Именно поэтому общественности трудно оценить, доводим ли мы Иран до глубокого истощения или лишь поддерживаем активность авиации в небе Тегерана.
В ЦАХАЛ и оборонном ведомстве принято различать три типа достижений. Первый — краткосрочная задержка, создающая отсрочку на несколько месяцев. Второй — значительное истощение, выражающееся в задержке на годы и снижении качества возможностей. Третий — глубокое изменение, вынуждающее врага полностью сменить стратегический курс. Согласно открытым данным, текущая ситуация колеблется между первым и вторым сценариями. Нанесен реальный ущерб тысячами ударов израильских и американских истребителей.
Высокопоставленные чиновники режима и Корпуса стражей исламской революции были ликвидированы, производственные линии пострадали, углубился ущерб ядерному проекту. Но на 18-й день кампании, на фоне растущего международного давления, неясно, пересекает ли масштаб ущерба порог, создающий долгосрочные изменения.
Главным показателем являются не сами атаки, о которых ежедневно отчитываются ЦАХАЛ и СЕНТКОМ, а их результат. Потребуются ли годы на восстановление заводов? Снизятся ли темпы усиления Ирана и его сателлитов? Пострадает ли качество их возможностей? Наблюдается ли переход от инициативы к реакции или повышенная осторожность?
Восстановление — это вопрос времени. Физическую инфраструктуру и цепочки поставок можно восстановить за несколько лет, в зависимости от международного давления. Самым критическим фактором является человеческий капитал: лидеры, инженеры и ученые, в областях которых восстановление может занять долгие годы.
Настоящий стратегический вопрос заключается не в количестве пораженных объектов, а в том, что будет сделано за выигранное время. В ЦАХАЛ подчеркивают, что этот период должен быть использован для создания тактического преимущества: укрепления систем обороны, разработки технологий и углубления регионального сотрудничества. Без таких шагов даже впечатляющие успехи могут сойти на нет. Необходимо также запустить дипломатический процесс для достижения стратегических изменений.
Признаки успеха или неудачи прояснятся в ближайшие месяцы и годы. Последовательное снижение возможностей врага и изменение его поведения будут свидетельствовать о реальном истощении Ирана. С другой стороны, быстрое возвращение к рутине укажет на риск инерции. Если через несколько лет выяснится, что Иран восстановил свои мощности, не факт, что в Белом доме будет находиться администрация, готовая к решительным действиям, и у Израиля снова появится возможность ответить военным или дипломатическим путем.
Войны такого типа оцениваются с течением времени. Главный критерий — изменение реальности. Это утверждение справедливо для Ирана, Газы и Ливана.
