«Территория выросла — а армия нет»: кризис в ЦАХАЛ обостряется
«Непостижимо». Этими словами источник в системе безопасности описал кризис, охвативший ЦАХАЛ, — и конца ему не видно. Коалиция медлит с принятием критически важных для армии законов, а ультраортодоксальные партии продолжают колебаться относительно условий призыва.
С октября 2023 года, с началом войны, ЦАХАЛ постоянно расширяет зону своего контроля. Это началось в секторе Газа, продолжилось в Сирии, Иудее и Самарии, а сегодня включает в себя и обширные территории в Ливане. Для выполнения этих задач армии требуются солдаты, в то время как через полгода ожидается сокращение срока срочной службы. Однако на политическом уровне, где обещали «по требованию начальника Генштаба» провести пакет законов, продлевающих срочную службу и одновременно освобождающих от призыва десятки тысяч ультраортодоксов, наблюдается затишье. Несмотря на заверения, обсуждения, по всей видимости, не состоятся и на следующей неделе.
Где мы находимся сегодня
Около месяца назад официальный представитель ЦАХАЛ, бригадный генерал Эфи Дефрин, представил тревожную картину: армии требуется еще около 15 тысяч солдат, из которых около 8 тысяч — для боевых частей. В этой реальности распределение бойцов существенно изменилось: все больше военнослужащих отправляются на задачи по контролю в буферных зонах — в Ливане, Сирии и Газе. Поскольку регулярная армия растянута до предела, бреши заполняют резервисты.
Источник в системе безопасности отмечает: «Площадь контролируемой территории увеличилась. Это факт, а армия — нет. Если ситуация продлится до 2027 года, будут бойцы, которые отметят около 1000 дней резервистской службы — и это непостижимо».
В ЦАХАЛ пояснили, что на практике сегодня не хватает около 12 тысяч солдат, но для предотвращения еще большего разрыва в будущем требуется 15 тысяч. По оценкам армии, если продление срочной службы не произойдет, число необходимых солдат возрастет до 17 тысяч.
Начальник Генштаба Эяль Замир предупредил членов военно-политического кабинета о «коллапсе армии», которая «не сможет выполнять свои задачи». Он потребовал принять закон о призыве, урегулировать продление срочной службы до 36 месяцев — чтобы предотвратить ее сокращение до 30 месяцев в разгар многофронтовой войны, — а также принять закон о резервистах, содержание которого на данный момент находится в стадии формирования в министерстве обороны.
В секторе Газа ЦАХАЛ удерживает глубину территории силами двух дивизий, в Иудее и Самарии действуют 21 батальон, растянутые до предела из-за множества новых задач. В южном Ливане действуют пять дивизий, а в Сирии, где Израиль удерживает буферную зону, находятся три бригады, обустраивающие район на ближайшие годы.
Куда мы идем
Эта реальность, в которой арены боевых действий не «закрываются», создает временную ситуацию, становящуюся постоянной: цепочка задач направлена на сохранение достижений на местности, но без четкого горизонта завершения. На политическом уровне планировали достичь лучшей стартовой точки в переговорах, но продолжение открытия новых арен затрудняет распределение личного состава.
«Мы действуем с теми же резервистскими структурами слишком долгое время», — пояснил источник в системе безопасности в беседе с ynet. По его словам, нынешняя концепция требует постоянного присутствия на местности, но ЦАХАЛ не может продолжать удерживать эту линию без значительного подкрепления.
С 7 октября концепция безопасности ЦАХАЛ изменилась на упреждающую оборону. Понимание, стоящее за этим после резни в окрестностях Газы, заключается в необходимости инициативных боев против любой угрозы, исходящей для жителей приграничья. Это и создает реальность «желтых линий».
При планировании графика задач на 2026 год в ЦАХАЛ внесли многочисленные изменения. Высокопоставленный военный источник описал вызов: «Мы прорвались на территорию до "желтой линии", чтобы предотвратить прямой обстрел жителей. Нам ясно, что этот состав сил не останется надолго, поэтому мы готовимся защищать границы меньшим числом. Но если сюда вернутся ливанские жители — к чему стремится «Хезболла» — оборона при нынешнем составе сил не будет герметичной».
На практике ЦАХАЛ применяет метод, при котором меньшими силами контролируется большая территория посредством создания постоянных позиций и проведения длительных рейдов на основе точных разведывательных данных. Цель состоит в том, чтобы не дать врагу закрепиться, но нагрузка на личный состав растет.
Ультраортодоксы опасаются «условий правоприменения»
В коалиции обещали вернуться к обсуждению закона об освобождении от призыва и продлении срочной службы после Дня независимости. Однако на данный момент обсуждения не назначены. На фоне этого сохраняются колебания в ультраортодоксальных партиях относительно формулировки закона, они заняты консультациями с раввинами.
Согласно источникам, основное сомнение исходит от дома раввина Моше Гиллеля Хирша, лидера литовского направления «Дегель ха-Тора», который опасается, что закон приведет к ущербу для иешив из-за условий правоприменения. Высокопоставленные лица в ультраортодоксальных фракциях ставят под сомнение, насколько они заинтересованы в законе в его нынешнем виде, ожидая дополнительных консультаций.
А кто гарантирует большинство?
По словам источников в коалиции, за кулисами не велось значимых переговоров, а разногласия остаются в силе. Они касаются санкций и требования ультраортодоксов ретроактивно отменить статус уклонистов для всех студентов иешив. Кроме того, есть опасение, что даже если ультраортодоксы захотят продвигать закон, а Нетаниягу согласится, неясно, есть ли на столь позднем этапе каденции, прямо перед выборами, большинство для такой формулировки.
Ряд депутатов Кнессета от коалиции публично высказались против закона в его нынешнем виде и заявили, что не поддержат его без внесения изменений. В их числе Юлия Эдельштейн, Шарен Хаскель, Офир Софер, Дан Иллуз, Моше Соломон, Моше Саада и другие.
