Тревожная статистика: в Израиле растет число одиноких пожилых людей, умирающих без присмотра
Организация ЗАКА сообщила о резком росте числа случаев, когда пожилые люди были обнаружены в своих домах без признаков жизни спустя долгое время после смерти. В 2025 году таких случаев было зафиксировано 213, что на 8% больше, чем годом ранее, а только в мае 2026 года — 27 человек, что стало пугающим скачком на 170% за год.
В июне прошлого года организация ЗАКА опубликовала тревожные данные, согласно которым только в течение мая 2026 года по всей стране в своих домах были обнаружены 27 человек без признаков жизни, после того как прошли долгие дни, а в некоторых случаях и недели, прежде чем кто-либо заметил их отсутствие. Это свидетельствует о скачке примерно на 170% всего за один год. Данная статистика дополняет общую тенденцию: в 2025 году по всей стране были обнаружены 213 пожилых граждан и одиноких людей, скончавшихся в своих домах, что представляет собой рост на 8% по сравнению с 2024 годом. За этими цифрами стоят люди, живущие в полном одиночестве и пытающиеся скоротать время в закрытых квартирах.
Одной из них является 74-летняя Махасан Зайд, проживающая в Иерусалиме. Она вдова, детей нет, и после смерти мужа 18 лет назад ее поглотила пустота. «С тех пор я одна. Я весь день дома, в основном остаюсь в постели. У меня была очень тяжелая жизнь», — делится она. Социальная изоляция тяготила ее, пока четыре года назад в ее жизнь не вошла 65-летняя Николь Алгази, бывший педагог, пришедшая к ней от имени ассоциации «Шефер». Николь приходит к Махасан раз в неделю, помогая с бюрократией, покупками и общением. «Когда ты уходишь со встречи и знаешь, что одиночество немного рассеялось, это приносит добро», — говорит Николь. Для Махасан это присутствие стало причиной жить дальше.
Недалеко оттуда 74-летняя Рахель Малка Вакнин справляется с иным видом одиночества, возникшим после внезапной утраты. Ее сыновья-близнецы, Ошри и Михаэль Вакнин, были убиты на фестивале «Нова» 7 октября 2023 года. Несмотря на наличие большой семьи и поддержку психологов, пустота, оставленная сыновьями, требовала иного якоря, который она нашла в лице Луизы Цвиали, ее социального сопровождающего от ассоциации «Шефер». «Мы построили близкие отношения, продолжаем на каждой встрече открывать новый диалог, — рассказывает Луиза. — Мы говорим о ее скорби, но нельзя уменьшить эту боль — можно лишь быть рядом». Для Рахель присутствие Луизы стало глотком воздуха, помогающим ей справляться с повседневностью.
Истории Махасан и Рахель отражают масштабное и болезненное явление. Согласно данным Центрального статистического бюро за 2021 год, около 55 000 пожилых граждан в Израиле определяются как одинокие. Эта изоляция является доказанной угрозой здоровью, повышая риск депрессии, сердечных заболеваний и преждевременной смерти. Большинство случаев обнаруживаются лишь тогда, когда волонтеры экстренных служб вскрывают квартиры, где тела находятся в состоянии разложения.
Чтобы справиться с этой реальностью, ассоциация «Шефер» управляет программой «Хибук», предоставляющей социальное и эмоциональное сопровождение. Идея проекта родилась из личной истории Нехамы Шафран, которая завещала свое имущество на помощь одиноким людям. Программа работает по профессиональной модели: к каждому пожилому человеку прикрепляется постоянный сопровождающий, получающий зарплату и обучение. «Мы видим, как еженедельный визит меняет жизнь, — отмечает Ади Бар, директор программы. — Сопровождающий становится человеком, которому звонят, когда больно или когда просто нужно с кем-то поговорить».
В ассоциации подчеркивают, что государственные услуги по уходу или уборке не удовлетворяют базовую потребность в реальном человеческом контакте. «Когда пожилой человек находится целыми днями один, это не только социальная проблема, это угроза жизни, — предупреждает генеральный директор ассоциации Айла Воль. — Одиночество убивает, и борьба с ним должна стать национальной задачей. Государство должно признать это вопросом здравоохранения и расширить инвестиции в эмоциональное сопровождение. За каждой закрытой дверью есть человек, и вопрос не только в том, сколько людей умерло в одиночестве, но и в том, сколько людей живут так прямо сейчас, без того, чтобы кто-то знал, что они там».
