«У тебя есть инвалидность, и ты победишь её»: история Даниэля Старка Бриллианта

В течение многих лет Даниэль Старк Бриллиант был тем ребенком, который оставался в автобусе. Тем, кто ждал, пока одноклассники закончат маршрут, который был слишком сложным для него, и наблюдал за ними через окно. Сегодня, в возрасте 31 года, он тот, кто выходит на местность первым — проходит каждый маршрут два-три раза, рассчитывает уклоны, выбирает путь, делая всё, чтобы ни один ребенок не остался в автобусе.

Эта задача была проверена в прошлом месяце во время похода в парк Рамат-ха-Надив рядом с Зихрон-Яаковом. 13-летний Янай, подросток с физической инвалидностью, который не отказывается от походов, даже когда вокруг слышны голоса, сомневающиеся в его способности справиться с ними, должен был сесть на «гильглолон» — инвалидное кресло, адаптированное для бездорожья, — и он боялся. В те моменты Даниэль подошел к нему и прошептал на ухо несколько успокаивающих слов. Они помогли, но сработало не только это. Когда Янай поднял взгляд, он увидел перед собой равного себе человека, инвалида, который точно знает, что он переживает в этот момент. Янай успокоился, сел на «гильглолон» и завершил поход. Как и все.

Этот поход — один из многих, которые проводит организация «Этгарим» для детей и взрослых с инвалидностью, и Даниэль является в ней ответственным за кружок экстремальных походов для семей. «Это огромное удовлетворение, когда ребята садятся на «гильглолон». Это безопасное средство, если использовать его правильно, — объясняет Даниэль с энтузиазмом. — Приятно видеть их радость, когда они делают вещи, в которые никогда не верили, что смогут сделать». Последняя фраза может прозвучать как типичная мотивационная цитата, но здесь контекст — это вся история, и прежде всего тот, кто ее говорит. Потому что Даниэль знает, каково это — преодолевать трудности.

Молодой человек, чьи правые конечности частично парализованы уже 23 года и который дважды пережил клиническую смерть, говорит, опираясь на жизненный опыт, который большинству людей покажется вымышленным. Он родился в Хар-Халуц рядом с Кармиэлем и с детства любил две вещи: путешествовать на природе и играть в футбол. «Хотя мы не выходили каждую субботу в семейный поход, но мы выходили немало, и можно сказать, что мы исходили всю страну вдоль и поперек», — вспоминает он.

Однако у жизни были другие планы. Когда ему было восемь лет, школьный автобус, в котором он ехал, перевернулся после того, как водитель попытался совершить обгон. «Мой средний брат увидел, что это должно произойти, и крикнул людям, которые были рядом со мной, защитить меня, но было слишком поздно. Автобус перевернулся на бок, и я летал из стороны в сторону, как йо-йо». Авария закончилась катастрофой: водитель погиб, а Даниэль получил критические ранения и потерял сознание. Об этих моментах он не помнит ничего.

«Лечение проводилось с помощью семи насосов, которые перекачивали кровь в мозг. Я был в коме неделю и дважды входил в состояние клинической смерти. Врачи сказали моим родителям, что есть только 25% шанса, что я выживу». В течение долгих дней Даниэль лежал в больнице «Рамбам» без движения, пока однажды его учительница не пришла навестить его и не начала петь ему песню, которую преподавала в классе. В те моменты, впервые после аварии, он открыл глаза и улыбнулся ей.

«Когда я очнулся и мне рассказали, что произошло, я почувствовал, что у меня есть история, я даже сделал из нее лекцию, — описывает он. — Но в восемь лет я вообще не понимал, что такое клиническая смерть, для меня это было просто понятие. Только спустя несколько лет, когда я повзрослел и увидел людей, плачущих, когда я рассказывал им о том, что пережил, я начал понимать: то, что мне было легко рассказывать — потому что в конечном итоге я чувствовал, что жив, — другим было тяжело слышать». Даже после того, как он вышел из опасности, последствия травмы были заметны. Левая сторона его мозга была серьезно повреждена, что повлияло на моторные способности правой стороны тела. «В течение месяцев я заново учился говорить и ходить, понемногу двигать рукой и ногой».

Те, кто очень помогли ему в процессе реабилитации, были его родители, которые с первого же момента решили, что внезапная инвалидность не будет определять его жизнь. «В мою первую субботу дома я хотел что-то выпить и попросил братьев позвать маму. Она ответила им, что если я хочу — пусть я позову ее сам, — рассказывает он с блестящими глазами. — Мои родители сказали мне с первого дня: «У тебя есть инвалидность, и ты победишь её, и будешь делать то, что хочешь». Они и мои братья подталкивали меня не сдаваться — и я действительно не сдался».

Ребенок природы вернулся на местность, и здесь нужно остановиться на разнице между тем, чтобы сказать что-то, и тем, чтобы реализовать это на практике. Когда он был в пятом классе, всего через три года после аварии, он искал способ вернуться к походам. «У нас был сосед, который любил кататься на велосипеде, и он познакомил меня с организацией «Этгарим». Он предложил моему отцу записать меня, и мы сказали: «Давай». Сначала я записался на курс каякинга в Акко, но мне это не очень подошло, поэтому я перешел в кружок велоспорта в Нахалале — и влюбился. На первых занятиях я катался в основном по полям мошава, и понемногу удлинял маршрут до района Изреельской долины. Сначала я катался на ручном велосипеде, когда моя правая рука была привязана к рулю, а потом перешел на тандем».

Встреча с тандемом открыла перед Даниэлем мир безграничных возможностей. Мало того, что пять лет спустя он участвовал в триатлоне, он также вернулся к своей большой любви — природе. В старшей школе он учился в специальном классе, адаптированном для инвалидов, но именно там чувствовал себя «самым обычным ребенком, потому что я делал все без инвалидности». В 18 лет, после того как на первом призывном пункте армия показала ему путь на выход, Даниэль решил бороться и вызвался быть тыловым обеспечением в подразделении «Шальдаг», где служил на секретной должности.

«Я чувствовал себя обычным человеком с инвалидностью». Если бы жизнь Даниэля была типичным американским фильмом, это был бы этап, где, за мгновение до титров, мы бы видели его счастливым. Но жизнь вне голливудского экрана немного отличается. «Когда я демобилизовался из армии, я искал работу в течение двух лет. Я ходил на интервью в сферах, которые меня интересовали, таких как молодежный координатор или неформальное образование. На каждом интервью я чувствовал, что я обычный человек с инвалидностью, но никто не принимал меня». С волнующей искренностью он рассказывает, как отказ за отказом вводил его в депрессию, которая длилась почти два года. Путь на выход он нашел в старой любви — катании на тандеме. Он вернулся к поездкам в «Этгарим» — и цвет вернулся к его щекам.

В конце 2019 года инструкторы организации, заметившие его страсть, предложили ему стать координатором-добровольцем. «Мне это понравилось с первого момента. В первый год я координировал кружок походов для взрослых и кружок семейных походов, проверял маршруты и наслаждался каждым моментом. Параллельно я начал учиться на первую степень по географии и социально-общинному образованию, и как часть учебы я должен был работать в рамках неформального образования. Я обратился в организацию, и они согласились помочь: мы договорились, что я продолжу делать то, что делал, — только на этот раз за плату, как штатный сотрудник».

Сейчас он стоит во главе системы полевых походов в организации, и он тот, кто знает каждую тропу еще до того, как путешественники приходят к ней. «Перед каждым походом я прохожу маршрут два-три раза, чтобы убедиться, что он безопасен для детей и «гильглолона». Я рассчитываю уклоны и дороги и выбираю наиболее правильный путь. Иногда инструкторы походов хотят сделать путь на спуске, а я говорю им, что это безопаснее на подъеме». И эта работа приносит огромное удовлетворение. «Видеть ребенка с инвалидностью, который путешествует со своими друзьями в «Этгарим» или с классом, это вдохновляет, — говорит он. — Я был ребенком, которого оставляли в автобусе, а теперь эти дети, которые легко могли бы тоже остаться, как я, в автобусе, проходят маршрут и показывают, что нет ничего, что стояло бы перед желанием. «Этгарим» была создана именно для этого — доказать этим детям и их окружению, что ограничения не должны останавливать их ни в чем, и уж точно не в вещах, которые они любят делать».