Ученик ешивы, ставший «раввином ЛГБТ-сообщества»: «Я получил много критики»

Когда Габи Даган начинал свой путь как ученик ешивы, родившийся и выросший в Хацор-ха-Глилит в семье выходцев из Марокко и Персии, он не предполагал, что спустя годы станет тем, кого многие называют «раввином ЛГБТ-сообщества». Его карьера развивалась по традиционному сценарию: военную службу он провел в качестве ответственного за религию (машак дат), а позже дослужился до офицера по вопросам религии и военного раввина.

Однако знакомство с либеральным иудаизмом изменило его взгляды. Даган выбрал путь реформистского раввина и в 2008 году возглавил общину, а в последние годы руководит общиной «Ор Хадаш» в Хайфе, насчитывающей 160 семей, включая однополые. Через год после начала работы он основал проект «Шаббат гордости», призванный развеять миф о противоречии между иудаизмом и ЛГБТ-идентичностью.

«В то время вещи не назывались своими именами, и у меня были члены общины, которые скрывали этот факт. Я помню женщин, создававших семьи, и между строк ты понимал глубину сокрытия, — вспоминает раввин Даган. — В 2010 году я впервые задался вопросом: почему мы об этом не говорим? Меня беспокоила мысль о людях из ЛГБТ-сообщества, которые, возможно, хотели прийти в нашу синагогу, но не чувствовали себя желанными. Тогда я получил много критики, но отдача была мгновенной. Один "Шаббат гордости" — и люди начали говорить об этом вслух».

На вопрос о том, откуда берется противоречие между иудаизмом и ЛГБТ-идентичностью, раввин отвечает:

«Это противоречие родилось из глубокого и нерационального религиозного восприятия, доходящего до поддержки конверсионной терапии. Сохранение гомосексуальной идентичности внутри консервативного общества считается табу. Последствия этого невежества огромны. Наш основной вызов в израильском обществе — признать это табу и справиться с ним: как общество обязано принять квир-спектр, так и участники сообщества должны требовать для себя равного еврейского пространства».

Раввин Даган отмечает разницу в опыте мужчин и женщин: «По моему опыту, гораздо больше лесбиянок вступают в брак под руководством раввина по сравнению с мужчинами-гомосексуалами. Я вижу много мужчин, которых отвергает раввинатский истеблишмент, из-за чего они отдаляются от еврейского пространства. Я верю, что еврейская идентичность приносит духовное исцеление, укрепляющее чувство принадлежности, независимо от гендера или сексуальной ориентации».

Комментируя сложные библейские тексты, раввин подчеркивает:

«Любой библейский текст — это интерпретационный текст, а еврейский закон (Галаха) постоянно движется вперед. Если читать стих буквально, то нечего "прогибать", но Галаха полна противоречий, которые мудрецы адаптируют к нашим дням. Есть противопоставление таким стихам — "Дорог человек, созданный по образу". Человек есть человек, и нет причины использовать сексуальную ориентацию для изгнания или причинения вреда. Если мы все созданы по образу Бога, то как человек виноват в том, что родился с определенной ориентацией?».

Оценивая ситуацию в Израиле, Даган отмечает поляризацию: «Я вырос в религиозном сионизме, и крайности всегда существовали. Один край ушел в места, где народные избранники вызывают поляризацию в народе. Но я знаю множество раввинов внутри ортодоксии, которые смотрят на иудаизм иначе. Я представляю себя как "раввин дозволенного", а не "раввин запрещенного". Есть ортодоксальные организации, такие как "Хаврута", которые помогают ЛГБТ-семьям вести религиозный образ жизни без противоречий».

Говоря о жизни своей общины, он добавляет: «Моя община принимает ЛГБТ-семьи с абсолютной естественностью. Я осознаю, что вид раввина, говорящего о гордости, является триггером. У входа в нашу синагогу висит флаг гордости, на который я получаю множество отзывов. Однажды член общины попросила снять его, но мы ответили, что флаг представляет нашу сущность, и мы этого не изменим».

В заключение раввин Даган подчеркивает: «Мы находимся в периоде обострения крайностей. Существует массовое движение в сторону инклюзивности, но радикализация пугает. Мы еще далеки от нормального места, но если будем продолжать выполнять нашу миссию, то сможем противостоять этим тенденциям».