Внутриблоковые маневры: союз Беннета и Лапида

Предвыборная кампания подобна поездке в автобусе: путь долгий и со множеством остановок. Пассажиры заходят по отдельности, каждый со своим багажом. Всегда есть кто-то, кто толкает, кто-то, кто кричит, кто-то, кто мусорит. Сомнительно, что шаг, предпринятый Яиром Лапидом вчера, кардинально изменил расстановку сил в борьбе между блоком Биньямина Нетаниягу и его противниками, но он определил, кто будет управлять этим «автобусом». Нафтали Беннет станет водителем, а Гади Айзенкот — пассажиром. Любое другое развитие событий противоречило бы политической логике. В конечном счете критерий один: приведут ли выборы — пройдут ли они в срок или досрочно — к смене нынешнего правительства. Цель важнее ее посланников.

Я каждый раз заново удивляюсь зрелости, которую Яир Лапид проявляет в своих политических шагах. В то время как другие политики, включая его отца, ехали на волне общественной симпатии, но терпели неудачу в создании и поддержании устойчивой партии, Лапид преуспел. Когда открылась возможность сменить правительство Нетаниягу, Лапид уступил первенство Беннету и в ходе непростых переговоров выстроил для него коалицию с большинством в Кнессете. Теперь, на фоне последовательного снижения рейтингов, он понимает, что статус претендента на пост премьер-министра для него временно недоступен. Вместо того чтобы «зарываться в руинах» — как это произошло, например, с Бени Ганцем, — он изобретает себя заново как создатель «правительства перемен 2.0», предоставляя Беннету необходимые финансовые ресурсы.

На значимых перекрестках Лапид доказывает, что умеет обуздывать свое эго. В этом смысле он напоминает двух премьер-министров, которые во всех остальных областях отличались от него: Леви Эшколя и Ицхака Шамира. Это большой комплимент. Подобная сдержанность удивляет, так как Лапид на протяжении всей карьеры — как видный публицист, телезвезда и «любимец нации» — сталкивался с искушением огромным эго, однако он демонстрирует способность контролировать его в критические моменты.

Противники возобновленного «союза братьев» утверждают, что их объединила паника: Беннета — из-за роста популярности Айзенкота в опросах, Лапида — из-за падения рейтингов его партии. Думаю, в этом описании есть зерно истины, но оно вторично. Важны блоки, а не отдельные партии. Единственная значимая новость в опросах заключается в том, что в них нет ничего нового. Поразительно: страна изнывает под лавиной плохих новостей, от войны, которая не заканчивается, до эпидемии убийств, но электоральные блоки остаются неподвижными. Я буду удивлен, если решение Беннета и Лапида идти вместе изменит подсчет мандатов или переведет хоть одного избирателя из блока в блок. По своей сути, это внутриблоковое событие, и именно так его следует анализировать.

Утверждение о том, что Беннет из-за этого союза потерял избирателей, которых должен был привлечь справа, оторвано от реальности. У правых избирателей «жесткой линии», которым надоело правительство Нетаниягу, есть более понятный адрес — Авигдор Либерман. Умеренным правым избирателям Лапид не мешает: те, кто говорил социологам, что проголосуют за Беннета, не изменят своего мнения из-за соглашения с Лапидом. Верно, многие прагматичные религиозные правые, которые могли бы чувствовать близость к Беннету, отвергают его напрочь. «Машина яда» убедила их, что речь идет о «предателе» и «агенте Братьев-мусульман». Чтобы создать правительство перемен, Беннет был вынужден нарушить предвыборное обещание. Это не радует, но в сложившихся обстоятельствах было оправданным решением. Вчера, после публикации известия об объединении партий, «машина яда» была запущена снова с тем же лживым и подстрекательским текстом. Можно было ожидать от пропагандистского аппарата Нетаниягу чуть больше креативности.

Гади Айзенкот верит, что, в отличие от Беннета, у него есть шанс перевести голоса из блока в блок или, по крайней мере, оставить дома в день выборов тех, кто ранее голосовал за блок Нетаниягу. Возможно, он прав: широкие слои израильской общественности смотрят на него с симпатией. Любовь к нему проистекает из его армейской службы, потери сына, его этнического происхождения, честности и того факта, что «машина яда» еще не успела заняться им в полную силу. Ему нужно время, чтобы попытаться мобилизовать эти голоса. Однако сообщение Беннета и Лапида спутало график: давление в блоке противников Нетаниягу с целью сплотить ряды заставит его принять решение раньше. Блок, судя по всему, пойдет тремя списками: левые (Яир Голан), центр (Беннет, Лапид, Айзенкот) и правые (Либерман). Это правильное разделение: оно предотвращает трату энергии на конкуренцию и соответствует внутреннему делению среди избирателей блока. Если блоку удастся сформировать правительство, его верхушка может выглядеть так: Беннет — премьер-министр, Айзенкот — министр обороны, Лапид — министр иностранных дел, Либерман — министр финансов, Голан — министр национальной безопасности. Это разумное правительство, как в качестве команды, так и по отдельности: читателю предлагается сравнить их с теми, кто занимает эти же должности сегодня.