Водитель автобуса оправдан из-за грубых нарушений в ходе следствия
Мировой суд вынес оправдательный приговор водителю автобуса, обвинявшемуся в развратных действиях. Судья Йехудит Дори Дастон постановила, что существенные недостатки в расследовании, включая отсутствие надлежащей документации и подписи подозреваемого, нарушили его право на справедливый процесс и оставили разумные сомнения в виновности.
Может ли полицейское расследование, проведенное с процессуальными нарушениями, привести к развалу уголовного дела? В мировом суде ответ оказался однозначным: да. Водитель автобуса, обвинявшийся в совершении развратных действий, был оправдан после того, как судья Йехудит Дори Дастон постановила, что недостатки следствия нарушили его право на справедливое судебное разбирательство и оставили обоснованные сомнения в виновности. В центре внимания суда оказался принципиальный вопрос: каков доказательный вес допроса, который велся на одном языке, а фиксировался на другом, без аудиозаписи и без подписи подозреваемого под приписываемыми ему показаниями.
Согласно обвинительному заключению, инцидент произошел в августе 2023 года, когда подсудимый остановил автобус на обочине после завершения маршрута. Заявитель, уснувший во время поездки, вышел из салона и заговорил с водителем. Как утверждается, в этот момент подсудимый приблизился к нему и посмотрел на его обнаженный половой орган. Позже, когда заявитель вернулся в автобус, водитель якобы позвал его выйти снова и схватил за половой орган поверх одежды — до тех пор, пока заявитель не закричал, вынудив подсудимого отступить.
Сторона обвинения настаивала на последовательности и достоверности показаний заявителя, утверждая, что они согласуются с записями камер видеонаблюдения. По версии прокуратуры, даже при отсутствии на видео самого момента контакта, записи подтверждают предысторию событий. Кроме того, обвинение подчеркивало, что подсудимый не смог удовлетворительно объяснить противоречия в своих версиях, а его показания в полиции лишь усиливали подозрения.
В свою очередь, подсудимый отрицал инкриминируемые деяния, называя жалобу ложной и мотивированной расистскими побуждениями. По его словам, сексуального контакта не было, а произошла ссора, возникшая после того, как заявитель потребовал подвезти его еще раз и начал сквернословить. Подсудимый признал лишь то, что толкнул заявителя в ходе конфликта. Он также выдвинул серьезные претензии к процедуре допроса: по его словам, он не был должным образом предупрежден, его права не были разъяснены, содержание протокола ему не зачитывали, а сам документ он не подписывал. Более того, он заявил, что письменный протокол не отражает сказанного им в действительности.
В основе решения суда легла резкая критика методов ведения следствия. Суд установил, что допрос проводился на арабском языке, а документировался на иврите без аудио- или видеофиксации, при этом аудиозапись, которая должна была быть сделана, оказалась утеряна. К этому добавились другие нарушения: подсудимый не подписал ни показания, ни бланк о разъяснении прав, а установить, какие материалы предъявлялись ему в ходе допроса, не представляется возможным. Судья подчеркнула: «Недостаток, выразившийся в отсутствии аудио- или видеофиксации допроса, является серьезным и существенно влияет на право подсудимого на справедливое судебное разбирательство».
Суд постановил, что из-за допущенных нарушений показаниям подсудимого в полиции нельзя придавать существенного доказательного веса. Таким образом, фактически остались лишь показания заявителя против версии подсудимого. Изучив видеозаписи, суд счел их «нейтральным доказательством», которое не фиксирует центральное событие и не подкрепляет ни одну из сторон.
Судья также проанализировала показания заявителя. Несмотря на отсутствие в них существенных противоречий, были отмечены трудности, связанные со временем подачи жалобы и недоказанностью факта ночного звонка в полицию. При этом версия подсудимого в суде была признана упорядоченной и последовательной. Суд подчеркнул, что нельзя придавать ей отрицательный вес лишь из-за того, что она была сформулирована после ознакомления с материалами дела, так как именно недостатки следствия помешали установить, была ли эта версия «заготовленной».
В конечном итоге судья постановила, что доказательной базы недостаточно для вынесения обвинительного приговора при отсутствии разумных сомнений. «В моем сердце осталось сомнение в виновности подсудимого», — резюмировала она, распорядившись об оправдании.
