«Я не позволю никому отнять у меня способность быть мамой Либи»

7 октября была убита 22-летняя Либи Коэн-Магори: террористы настигли её во время бегства с территории фестиваля «Нова». Сегодня, в тысячный день со дня резни, её мать Шели Мешаль-Йогев пришла в студию программы «Новости утра». Её слова заставили ведущую Несли Барду и участников панели, находившихся в студии, расплакаться.

Отвечая на вопрос о стремлении общества двигаться дальше, Шели Мешаль-Йогев заявила:

«Здесь есть мантра или цель правительства — заставить нас уменьшить, минимизировать и заставить нас забыть о величайшей катастрофе, которая произошла под их руководством. В нормальной стране ценностное руководство сказало бы, что это произошло в их смену. Премьер-министр счел правильным, и справедливо, уволить всех, кто был у руля. Но и правительство, которое держало руку на руле, должно было признать, что они не достойны продолжать общественную деятельность».

Мешаль-Йогев, живущая в Тель-Авиве, отметила, что чувствует в обществе сильное желание жить дальше, что приводит к трудностям в сохранении памяти о погибших. «Я вижу, как люди уходят со страницы памяти Либи в соцсетях, им тяжело нести эту боль. Я не хочу, чтобы подонок, который убил её, заставил меня забыть её каждое утро, когда я просыпаюсь. Люди говорят мне, что они отписываются, потому что им тяжело, и я понимаю это», — призналась она.

Её слова о том, что она не может смириться с потерей возможности быть мамой Либи, вызвали глубокий отклик у всех присутствующих:

«Я не позволю никому забрать эту работу у Томера и Майи, брата и сестры Либи. Я стираю и готовлю для детей, но также не отказываюсь от того, чтобы быть мамой Либи. Я не позволю никому отнять у меня способность быть мамой Либи. Прекрасные моменты — это когда незнакомцы подходят на улице и говорят мне, что она была потрясающей, что она запала им в сердце. Каждую ночь я выбираю три её фотографии из галереи, и первое, что я делаю утром, — это выкладываю их в сторис, чтобы мне было легче. Я хочу, чтобы они просыпались с добрым утром, но не забывали, что Либи была здесь. Я пишу: "Доброе утро, Либи", идите в свой день, но не забывайте».

В завершение беседы она подчеркнула необходимость ответственности:

«Ты стала заметным голосом, чтобы не стерли жизни тех, кто жил, и то, как они были убиты. Я остаюсь без слов перед лицом этого. Как возможно, что в демократической стране, спустя тысячу дней после величайшей катастрофы в нашей истории, никто не был допрошен? Мы не знаем, кто ответственен за этот безумный провал, из-за которого Либи и тысячи людей похоронены. Мы раздавлены. Мне хочется кричать об этом, это не связано с правыми или левыми. Это связано с нормальной страной: как можно не расследовать, чтобы понять, кто провалился и понесет ответственность? Как мы предотвратим такие катастрофы в будущем, если не будем расследовать, как мы защитим себя и наших детей?»