Юваль Штайниц: удары по Ирану отсрочили создание ядерного оружия на годы
Бывший министр и председатель правления «Рафаэль» Юваль Штайниц заявил, что израильские и американские атаки нанесли критический урон иранской ядерной программе. По его оценке, режим в Тегеране отдалился от создания бомбы на срок от двух до четырех лет.
В ходе дипломатического брифинга Иерусалимского центра по иностранным делам и безопасности (JCFA) бывший министр и нынешний председатель правления «Рафаэль», профессор Юваль Штайниц, представил оценку кампании против Ирана. Он заявил, что израильские и американские удары нанесли критический урон ядерной программе, производственным мощностям и системе военного командования режима.
По словам Штайница, накануне войны Иран находился в шаге от ядерного прорыва:
«Мы оценивали, что если бы Иран решил совершить рывок к бомбе, это заняло бы у него два-три месяца, может быть, четыре месяца. Сегодня, после поражения объектов, лабораторий и ключевых фигур, им потребуется от двух до четырех лет, чтобы восстановить всё».
Штайниц подчеркнул, что главной целью войны была нейтрализация ядерной угрозы, а не смена режима в Тегеране. Он отметил, что без этой угрозы Израиль не вступил бы в конфликт. При этом удары по иранской инфраструктуре значительно ослабили позиции режима.
Израиль уничтожил большую часть объектов по обогащению урана, испытательных стендов и систем разработки вооружений — этапа, на котором обогащенный материал превращается в оперативное ядерное оружие. «Мы ликвидировали 14 высокопоставленных ученых, занимавшихся разработкой ядерного оружия, а также уничтожили конверсионные установки, необходимые для превращения обогащенного урана в металл для бомбы», — добавил он.
«Мы бежали быстрее»
Штайниц охарактеризовал текущее противостояние как беспрецедентное в современной военной истории:
«Это была война, которая велась на дистанциях в тысячи километров, над территорией других стран, благодаря научному и технологическому превосходству. Иран пытался совершенствовать свои системы прямо в ходе боевых действий, но мы бежали быстрее».
Отвечая на вопросы о неоднозначности результатов войны, Штайниц подчеркнул: «Я не знаю лучшего примера ясной победы в современном мире», указав на тяжелый урон, нанесенный иранским ВВС, ракетной промышленности и системе командования режима.
