Забытый шедевр: история израильского режиссера, который мечтал о Голливуде
Семьдесят лет назад фильм «Без родины» стал первым цветным проектом в истории израильского кино. Несмотря на участие звезд уровня Шошаны Дамари и амбиции режиссера Нури Хабиба, картина была забыта, а сам создатель позже прославился в США благодаря культовому фильму ужасов.
Взволнованная толпа почетных гостей собралась в фойе иерусалимского кинотеатра «Рон». В воздухе витало предвкушение чуда: на экране должны были оживить историю становления Государства Израиль в ярких, живых красках. Среди присутствующих выделялся высокий мужчина в костюме жениха — режиссер Нури Хабиб, который в 1956 году стоял на пороге своей мечты превратить молодую страну в «Голливуд» Ближнего Востока.
Первый цветной фильм страны
Когда огни в зале погасли, зрители увидели историю репатриации из Йемена, главные роли в которой исполнили Шошана Дамари и Шайке Офир. Фильм «Ба-эйн моледет» («Без родины») стал первой лентой, снятой и показанной в цвете в Израиле. Однако сегодня, спустя 70 лет, мало кто помнит сюжет этой картины. Для студентов киновузов она остается лишь строчкой в учебниках, но за ней скрывается масштабная и драматичная история самого Хабиба.
«Я умею снимать кино и обязан это делать. Это моя профессия, у меня нет другой», — говорил режиссер в 50-е годы. Как и многие первопроходцы, он прибыл в Эрец-Исраэль с грандиозным видением, но столкнулся с суровой реальностью. Хабиб был человеком, который отказывался подчиняться ограничениям, стремясь создать мощную киноиндустрию там, где другие видели лишь временные лагеря и режим жесткой экономии.
Путь из Багдада в Герцлию
Нури Хабиб родился в Багдаде в 1919 году. В те годы город был космополитичным центром, где еврейская община активно осваивала новые технологии, включая фотографию и кино. Нури быстро прошел путь от рассыльного до оператора и режиссера, работая над совместными проектами с англичанами и египтянами. Однако после погромов 1941 года он был вынужден бежать в Персию, а в 1954 году репатриировался в Израиль.
Приехав в новую страну, Хабиб не стал искать работу — он построил собственную студию в Герцлии. Газеты того времени с изумлением писали о «студии Хабиба», которая по оснащению не уступала зарубежным аналогам. Однако скептики часто задавались вопросом: «Авантюрист или художник?». Хабиб же, не дожидаясь поддержки истеблишмента, вкладывал в производство собственные средства и деньги партнеров, веря, что израильское кино должно быть самодостаточным и говорить на иврите.
Конфликт с элитой и забвение
Несмотря на успех у публики — фильм посмотрели около 350 тысяч человек, — культурный истеблишмент принял работу Хабиба прохладно. Его обвиняли в «коммерческом китче» и отсутствии глубины. Бюрократические препоны и отказ в поддержке для участия в Венецианском фестивале подкосили режиссера. Попытка снять «серьезное» кино по Агнону также обернулась провалом.
Разочарованный и разоренный, Хабиб покинул Израиль и отправился в США. Там, вдали от идеологических споров, он нашел успех, став соавтором культового фильма ужасов «Я плюю на ваши могилы» (1978). Ирония судьбы заключается в том, что человек, мечтавший прославить сионистский миф, вошел в историю мирового кино как мастер шокирующего хоррора.
Сегодня руины студии Хабиба в Герцлии скрыты от глаз, а сам режиссер, скончавшийся в 2013 году, остается мифом с окраин. Тем не менее, его работа «Без родины» сегодня воспринимается не как фольклорный курьез, а как важный краеугольный камень израильской культуры — история о красоте и мечте, которой не нашлось места на родине.
