Завершение показаний Нетаниягу: победа в медиа, но не в суде
После полутора лет на свидетельской трибуне защита Биньямина Нетаниягу может записать на свой счет лишь несколько достижений, тогда как обвинение укрепило свои позиции по ряду ключевых пунктов. Премьер-министр, вероятно, рассчитывает на бесконечное пребывание у власти, что делает сделку с правосудием все менее вероятной.
Трудно поверить, но это случилось: премьер-министр Биньямин Нетаниягу завершил дачу показаний спустя полтора года. На этой неделе много говорили об итогах, поэтому не будем слишком углубляться в детали. В целом, своих самых значимых успехов защита добилась не на этапе показаний Нетаниягу, а в ходе перекрестных допросов ключевых свидетелей обвинения, прежде всего — лжесвидетеля Шломо Фильбера. После полутора лет выступлений Нетаниягу достижения защиты приходится искать с пинцетом, в то время как успехи обвинения очевидны. Перекрестные допросы, проведенные прокурором Йехудит Тирош по «делу 4000» и Йонатаном Тадмором по «делу 1000», были эффективными и привели к результатам по ключевым вопросам.
Тирош с впечатляющей изобретательностью вернула к жизни «встречу с инструкциями» после того, как на этапе представления доказательств обвинением она получила тяжелый удар от адвоката Боаза Бен-Цура, доказавшего, что встреча не могла состояться в даты, указанные в обвинительном заключении. Поскольку обвинение продолжало допрашивать Фильбера о других датах, не фигурировавших в деле, это открыло дверь для Тирош, и она нашла несколько потенциальных дат. Учитывая, что Фильбер никогда не отрицал сам факт встречи, для того чтобы Нетаниягу передал ему сообщения относительно интересов Аловича, требовалось всего несколько минут. Велика вероятность, что судьи установят факт проведения такой встречи. Вернет ли это пункт о взяточничестве, по которому судьи просили прокуратуру отступить еще в середине процесса? На мой взгляд, нет, но встреча определенно усиливает обвинение в нарушении общественного доверия.
Нетаниягу на самом деле не давал показаний
Тадмор проделал отличную работу как по «делу 1000», так и по «делу 2000». Он основательно расшатал линию защиты о «раздувании счетов», и оценка такова, что даже если судьи не ухватятся за точные суммы, указанные в обвинительном заключении, они все равно увидят там блага на сотни тысяч шекелей. Также рухнул довод об отсутствии осведомленности Нетаниягу относительно шампанского, которое потребляла его супруга. В «деле 2000» Нетаниягу признал в зале суда, что, вопреки утверждениям о «пустоте» в разговорах с Мозесом, он действительно рассматривал возможность принятия смягченного закона по вопросу распространения газеты «Исраэль ха-йом». Ответы и противоречия Нетаниягу лишь вызвали разочарование у тех в прокуратуре, кто считал, что его следовало обвинить во взяточничестве, а не принимать линию защиты о том, что он «не имел в виду». Не исключено, что именно эта уловка, созданная нынешним государственным прокурором Амитом Айсманом — обвинение в нарушении общественного доверия — в конечном итоге приведет к оправданию по «делу 2000».
В течение последних полутора лет я не раз писал, что Нетаниягу на самом деле не давал показаний, а в основном препирался, произносил речи и создавал броские лозунги для судей и общественности. Судьи проявили слабость не только перед лицом затягивания времени, но и перед тем фактом, что Нетаниягу делал в зале суда все, что хотел. В честь завершения показаний наступила кульминация. Нетаниягу решил произнести речь «Я обвиняю» в стиле Арье Дери на демонстрации «Рев льва». Я освещал немало судебных процессов, на которых подсудимый чувствовал необходимость выступить с речью в конце показаний, и судьи всегда сообщали, что такой процедуры не существует. Единственное время, когда подсудимый может говорить относительно свободно — это этап «последнего слова», если он был признан виновным.
Первый подсудимый в израильской истории, выступающий с речью в конце показаний
«Десять лет я в этой грязи», — произнес Нетаниягу. — «Цель одна: найти что-то, что угодно, не нашли ничего... забрали всех моих приближенных, членов моей семьи... Штази. Разрушили семьи. Десятки семей». Не касаясь содержания, все это не имеет отношения к его показаниям, которые должны были касаться фактов. Далее он прошелся по каждому делу. Первый подсудимый в израильской истории, получивший такую привилегию: «В «Валла» вы очень быстро поняли, что ничего нет, что все это пустота». Неверно, конечно: судьи просили обвинение отступить от пункта о взяточничестве, но не сказали ни слова о преступлении нарушения общественного доверия.
«У Нони Мозеса это тоже пустота. До сегодняшнего дня я не знаю, в чем меня обвиняют по «делу 2000»». Импровизированная заключительная речь по «делу 1000» была самой патетичной: «Человек приходит и приносит мне какой-то подарок, коробку, и создают линию снабжения, которой не было и в помине». Нетаниягу не привел ни одного доказательства в поддержку этого опровергнутого утверждения. Единственное, что он сказал о раскрытых количествах, это то, что не все сигары, приобретенные Кляйн, дошли до него, но даже согласно его собственным показаниям, количество сигар, полученных от Мильчена, более-менее соответствует сумме, указанной в обвинительном заключении.
Продолжение суда и «сюрпризы» защиты
Кто будет с этого момента контролировать темп суда, так это команда защиты Нетаниягу. Они заявили, что у них сотни свидетелей. Судьи уже запросили список, начинается процесс юридического отсева. Целевая дата — июнь 2028 года, то есть еще через два года, и вот объяснение: в марте 2028 года председатель коллегии, судья Ривка Фридман-Федман, выходит на пенсию. Теоретически можно назначить ее судьей-ассоциатом, но это требует согласия министра юстиции, а поди знай, кто тогда будет на этом посту. Почему мы доходим до этих дат? А вот почему.
Если предположить, что этап защиты завершится к концу 2026 года, а объективно нет причин, чтобы этого не произошло — суд будет проходить четыре раза в неделю в Иерусалиме — 2027 год будет посвящен написанию заключительных прений (полгода для обвинения и полгода для защиты), что оставляет полгода на написание приговора до выхода на пенсию судьи Фридман-Федман. Все это до того, как мы заговорили об апелляции.
Очень трудно увидеть, как следующие свидетели защиты могут помочь положению Нетаниягу. Постановки, которые планирует адвокат Амит Хадад — вызов Авихая Мандельблита, Шая Ницана и других фигур — могут создать заголовки для 14-го канала, касающиеся защиты от несправедливости, но не на них будет стоять и падать этот суд. В отличие от этапа обвинения, где были доминирующие ключевые свидетели, драматических свидетелей не осталось. Не верьте историям о «сюрпризах». Редко в процессах такого рода бывают «сюрпризы», к которым стороны не готовы.
Последнее окно выхода для Нетаниягу перед неизбежным крахом
Так что же сделает Нетаниягу? Если бы я был уверен, что его суждение в порядке, как в прошлом, я бы сказал: по «делу 4000» высока вероятность осуждения за нарушение общественного доверия, низка — за взяточничество; по «делу 1000» очень высока вероятность осуждения за нарушение общественного доверия; а по «делу 2000» вероятность 50 процентов. Нетаниягу, вероятно, знает это, и поэтому пытался завершить суд насильственными путями, в том числе посредством просьбы, имитирующей помилование, и оказанием давления на президента Герцога через Дональда Трампа. Все это не помогло. Откликнется ли он теперь на просьбу Герцога пойти на переговоры с прокуратурой? Юридический советник дала понять, что ее дверь открыта, но сейчас нет шансов, что она согласится на сделку без клейма позора и полного ухода из политической жизни. Если Нетаниягу решил уйти, это его время для последнего выхода перед неизбежным крахом, который может закончиться тюрьмой.
Однако уже трудно следить за суждением Нетаниягу. Одно ясно: он понимает, что способность достичь хорошей сделки будет слабее, когда он не будет занимать пост премьер-министра. Это причина, по которой он пытался достичь сделки с Мандельблитом в конце срока последнего. С тех пор Нетаниягу уже не тот человек, и нельзя исключать, что он в глубине души убежден, что будет премьер-министром вечно. Еще одна вещь ясна: если он снова будет избран, его уголовный процесс будет немедленно прекращен тем или иным способом.
