Завещание родителей: как восемь братьев и сестер сохранили семейный дом
Семья из Хайфы, состоящая из восьми братьев и сестер, уже 12 лет следует главному завету своих родителей: не продавать дом и сохранять единство. Несмотря на уход родителей, их дети продолжают собираться вместе на праздники и субботние трапезы, поддерживая связь между 50 членами семьи.
Иногда история кажется слишком идеальной, чтобы быть правдой, но в этом случае изъянов не найти. Это рассказ о семье из Хайфы, о восьми братьях и сестрах, о родителях, проживших вместе 60 лет и скончавшихся с разницей в три месяца, и об одном духовном завещании: не продавать дом. Родители просили оставаться сплоченными, продолжать собираться на субботние трапезы и отмечать три главных праздника — Рош ха-Шана, Суккот и Песах. Семья следует этому завету уже 12 лет.
«Мы поняли, что они заботятся о нас и свыше, чтобы мы оставались едины», — говорит Авива Элия Снир, четвертая из братьев и сестер, учительница на пенсии с 35-летним стажем. «Я волнуюсь, пытаясь описать жизнь в этом доме».
Воспоминания Авивы неизменно возвращаются к кухне. «Мы все были вокруг мамы. Она постоянно повторяла: «Вы мои бриллианты, вы цветы, мне нужно было родить еще детей». Она никогда не считала воспитание детей бременем. Эта любовь, которой нас осыпали, сделала нас теми, кто мы есть».
Мать всегда поощряла детей учиться и не позволяла им работать вместо нее. «Каждый раз, когда мы хотели помочь, она говорила: «Вы будете учиться, а я буду тяжело работать. От тяжелой работы ничего не случится», — вспоминает Авива. «Каждую пятницу в 12 часов приходили внуки, в два — женщины, в четыре — мужчины. Она никому не позволяла заходить на кухню. Все делала сама: кускус, салаты. Всегда изобилие».
Когда отцу исполнилось 80 лет, у него диагностировали саркому. Месяц спустя опухоль в почке обнаружили и у матери. Оба были госпитализированы одновременно в разные больницы Хайфы — «Рамбам» и «Ротшильд». Семья не оставляла их ни на минуту. «Мы дежурили всей семьей 24 часа в сутки», — говорит Авива. «Врачи признавались, что никогда не видели ничего подобного».
Отец не стал составлять официальное завещание, решив, что все имущество будет разделено поровну между восемью детьми. Однако у него было одно условие. «Папа просил, чтобы мы продолжили династию», — говорит Авива. «Чтобы дом не был продан».
«Она поняла, что любовь всей ее жизни ушла»
Отец скончался первым. Мать не знала о завещании. Она перенесла операцию по удалению опухоли, потеряла много крови и не пришла в себя, что привело к нарушению когнитивных функций. Семья пыталась скрыть от нее известие о смерти отца. Когда мужчины приходили навестить ее во время «шивы» (траурной недели), они надевали маски, чтобы скрыть бороду. «Но она поняла», — говорит Авива. «Она почувствовала, что любовь всей ее жизни ушла из мира, хотя мы ей не рассказывали».
Однажды, еще до смерти отца, его привезли навестить мать в реанимацию. Она была в медикаментозном сне. «Когда он заговорил с ней, она открыла глаза», — вспоминает Авива. «Он сказал ей: «У тебя восемь детей, которые любят тебя, ты должна проснуться». Но она не восстановилась. Мы очень хотели этого, но есть вещи, которые выше нас».
После кончины родителей братья и сестры целый год не могли войти в дом. Даже постановление о наследовании оформили только спустя 12 месяцев. «Папа оставил нам деньги на трапезы, у нас есть общая касса на одноразовую посуду», — рассказывает Авива. «Когда деньги закончатся, мы будем скидываться на еду. Каждый раз принимает другой брат, получается примерно раз в два месяца».
Каждую пятницу в полдень они собираются вместе. Сегодня семья насчитывает 50 человек, обычно приходят около 35. Некоторые находятся на резервистской службе («милуим»), у кого-то не получается, но необходимости координировать встречи нет. «Совершенно ясно, что приходят все», — говорит Авива. «Мои родители там, на небесах, наверняка рады».
В вопросе использования квартиры семья также действует по согласию. В ней по очереди живут племянники, всегда парами. До сих пор там жили девять человек. Они оплачивают воду и электричество, а братья и сестры платят муниципальный налог («арнона»). «Последняя попросила остаться на три года, так что тот, кто в очереди, немного подождет», — говорит Авива. «До сегодняшнего дня не было разногласий и войн».
Отец просил еще об одном: устраивать поминки («азкара») каждый год, но не формальные, а с мясом на гриле. «Мы празднуем три праздника вместе, каждый знает, что он приносит», — говорит Авива. «У нас есть группа в WhatsApp, которая называется «Племя Элия». 50 человек. Наша сила в единстве. До сих пор мы не понимаем, как мама готовила все это одна».
