21 год после размежевания: Израиль не выдержит повторения эвакуации

Двадцать один год назад правительство Израиля под руководством Ариэля Шарона добавило еще одну трагедию к списку национальных бедствий, приходящихся на девятое ава. Речь идет о «размежевании» — разрушении поселений Гуш-Катифа и четырех населенных пунктов на севере Самарии.

В то время я командовал 36-й дивизией, которой была поручена эвакуация Гуш-Катифа. Трудно поверить, но начало операции было назначено — возможно, случайно — именно на девятое ава. Понимая символизм даты, начало операции отложили на сутки.

В послеобеденные часы поста я встретился в палатке на КПП «Кисуфим» с раввином Яаковом Меданом. Он прибыл из своего дома в Гуш-Эционе, полный гнева из-за ужасного указа, но преисполненный личной ответственности за предотвращение скатывания к гражданской войне. Он поставил пять условий, при нарушении которых мы не смогли бы остановить опасную эскалацию. Одним из них было требование не привлекать солдат и полицейских-мужчин к эвакуации женщин и девушек. Я старался соблюсти все поставленные им условия.

По завершении эвакуации, которая заняла менее двух недель — быстрее, чем планировалось, — все признали, что удалось достичь великого результата: спасти народ Израиля от гражданской войны. Были и те, кто доходил до цинизма, утверждая, что угроза серьезного насилия была преувеличена. Истина же, как я ее понимал, заключалась в том, что потенциал угрозы был совершенно реальным, и он был нейтрализован благодаря совместным усилиям руководства поселенцев, их раввинов и лидеров, а также благодаря разумному и чуткому подходу всех сил безопасности. Мне было ясно тогда, что это событие — разовое, которое невозможно повторить. Напротив, все те, кто желал и продолжает даже в эти дни желать новых эвакуаций в Иудее и Самарии, пытались доказать, будто можно продолжать изгнание евреев, не рискуя неконтролируемым национальным потрясением.

Критически важным компонентом в действиях сил безопасности было осознание, которое я установил с самого начала: мы подходим к этой тяжелой задаче с уважением и любовью к братьям, которых Государство Израиль решило изгнать из их домов. На первой встрече с командующим Южным военным округом генерал-майором Даном Харелем я представил принципы выполнения задачи. На первом слайде было написано: «Мы окрасим эвакуацию в сионистский свет». Командующий округом выразил дискомфорт. Напротив, меня поддержал командир Южного округа полиции, комиссар Ури Бар-Лев, который сказал: «Это единственный путь к правильному подходу».

Не угроза, а оценка ситуации

Абсурд был очевиден: сионизм с самого начала занимался созданием поселений, строительством и посадкой деревьев. Было непонятно, как можно эвакуировать и разрушать «сионистским путем». В осмыслении этого абсурда мне помог Аврам Бург, который утверждал в газете «Гаарец», что размежевание — это возможность для поворота в сионистской концепции, к «концу уравнения: сионизм равно поселенчество». Соответственно, я определил способ выполнения задачи так, чтобы не наносить ущерба основам сионистского видения. Я сравнил сионистский процесс с рекой, которая столкнулась с большим препятствием. Но вместо того, чтобы заставить реку, как ожидал Аврам Бург, повернуть вспять, наш подход был продиктован стремлением позволить «сионистской реке» обойти препятствие и продолжить путь дальше с полной силой по своему традиционному руслу.

В этом возникла точка встречи для общности судьбы и практических договоренностей на местах о сдерживании борьбы, в постоянной координации между руководством поселенцев и полевыми командирами.

С тех пор прошло двадцать один год, и все же, в преддверии судьбоносных выборов, есть лидеры в Израиле, которые продолжают стремиться к «соглашениям», связанным с эвакуацией более ста тысяч евреев в Иудее и Самарии. Тем временем, с лета 2005 года все изменилось. Лидерам Государства Израиль должно быть ясно: в сложившейся реальности у государства нет способности выдержать потрясение от новой эвакуации без скатывания к гражданской войне. Это не угроза, это оценка ситуации.