44 страны за 3 года: «Нам было хорошо в Израиле, но мы боялись упустить свои мечты»
Они планировали отправиться в полугодовое приключение и вернуться к привычной жизни, но в итоге стали цифровыми кочевниками. Рони Арци и Арик Заводник работают удаленно, постоянно меняют страны и учатся жить с минимумом вещей, но максимумом впечатлений.
Рони и Арик три года назад покинули квартиру в Тель-Авиве и улетели в Грецию, чтобы проверить, каково это — жить без постоянного адреса. С тех пор они работают удаленно, постоянно меняют страны, ночуют в глухих деревнях и пытаются понять, как выглядит жизнь без лишних вещей, но с максимумом впечатлений.
«Мы вместе уже более пяти лет, из которых три года путешествуем по миру», — рассказывает Рони Арци (33 года) из Тель-Авива. Ее партнер, Арик Заводник (37 лет), добавляет: «Мы работаем с ноутбуком и перемещаемся по миру только с чемоданом-тролли и рюкзаком. За последние три года мы побывали уже в 44 странах».
До того как стать цифровыми кочевниками, их жизнь была вполне обычной: Арик изучал инженерное дело в Технионе и работал аналитиком, а Рони, выпускница факультета визуальных коммуникаций в Шенкаре, была графическим дизайнером. «Мы любили нашу жизнь в стране, — говорит Арик. — Это не то чтобы мы были несчастны и бежали от чего-то. Нам было хорошо, и было трудно отказаться от удобной рутины ради какой-то далекой мечты».
Но потом пришла пандемия. «Мы обнаружили, что часами сидим дома с ноутбуками, — вспоминает Рони. — И тогда сказали себе: почему бы не делать это из другого места в мире?» В марте 2023 года, за несколько месяцев до начала войны, они решили рискнуть и купили первый попавшийся билет до Греции. Оттуда путь лежал в Таиланд, а затем в другие страны.
«Мы пришли с открытым подходом, — улыбается Арик. — Договорились, что отправимся в полугодовое приключение и вернемся к рутине. Это помогло принять решение, ведь оно казалось очень пугающим».
Что именно пугало? «Боялись всего, — смеется он. — Переживали за работу, за наши отношения, находясь вместе 24/7, боялись, что некуда будет вернуться. Но в итоге страх упустить мечту перевесил страх перед неопределенностью». Рони добавляет: «Мы поняли, что всегда можно вернуться, и лучше быть смелыми, чем всю жизнь задаваться вопросом: а что, если бы мы попробовали?»
В отличие от многих цифровых кочевников, предпочитающих подолгу жить на одном месте, они постоянно в движении. «Мы действительно живем кочевничеством, — с гордостью говорит Рони. — Часто переезжаем каждую неделю. В Китае, например, мы были в 20 разных городах — от Шанхая до отдаленных тибетских деревень на огромной высоте».
«Я очень скучаю по Китаю, — признается Рони. — Это был безумный сюрприз. Огромная страна, где каждые несколько дней ты словно переходишь в другой мир. С одной стороны — суперсовременные поезда и технологии, с другой — аутентичные деревни, где время будто остановилось».
Самый яркий момент в Китае произошел в тибетском районе Кхам. «Там нам довелось стать свидетелями традиционного обряда погребения, — рассказывает Арик. — Тело умершего отдают на съедение грифам, так как, по их верованиям, птицы уносят человека на небеса. Для них это последний акт дарения миру и природе. Мы стояли там вместе с семьей покойного, и атмосфера была совсем не такой, как на привычных нам похоронах. Люди ели, разговаривали, не было истерии. Для них смерть — естественная часть жизненного цикла».
В сердце одного из китайских городов пара пыталась отыскать следы древней еврейской общины, прибывшей сюда из Персии тысячу лет назад. «Их синагога была разрушена более ста лет назад, и традиция потихоньку исчезла», — объясняет Арик. В старом городе Кайфэн они обнаружили, что сами стали достопримечательностью. «Там не было ни одного западного человека, кроме нас, — смеется Рони. — Люди останавливались, дети бежали за нами, а некоторые думали, что мы — часть фестивального шоу. Люди буквально стояли в очереди, чтобы сфотографироваться с нами».
После этого они отправились в футуристический Чунцин — город, который заставил их почувствовать себя героями научно-фантастического фильма. «Это горный город с безумными инженерными решениями, где ты постоянно теряешь ориентацию, — говорит Арик. — А метро, заезжающее прямо внутрь жилого здания, — это настоящий аттракцион».
Работа из Китая оказалась непростой задачей из-за блокировок интернета, но, по словам пары, при должной подготовке это вполне реально. «Люди думают, что мы весь день путешествуем, — смеется Рони. — Но на деле мы работаем как обычно. Только вместо офиса в Тель-Авиве — кафе в Китае».
Такая жизнь требует почти маниакального планирования: таблицы Excel, рабочие часы, подстроенные под израильские часовые пояса, поиск мест с хорошим интернетом. Что касается финансов, то жизнь в дороге зачастую обходится дешевле, чем в Израиле.
«Мы не живем в кино, — откровенно говорит Рони. — Бывают ссоры, как у любой пары. Просто мы научились говорить обо всем. Коммуникация — это самое важное». Чтобы не «сидеть друг у друга на головах», они стараются снимать квартиры с двумя комнатами, чтобы у каждого было личное пространство.
Не обходилось и без тяжелых моментов. В Таиланде Арик перенес тяжелую лихорадку денге, две недели провел в больнице, а затем его эвакуировали на морской скорой помощи. «Я был уверен, что это конец всей затеи», — вспоминает он.
Но именно этот опыт изменил их. «Мы стали гораздо более гибкими и скромными, — заключает Арик. — Жизнь непредсказуема, а контроль — это скорее иллюзия. Даже когда ты живешь мечтой, случаются кризисы. Но мудрость в том, чтобы уметь делать лимонад из лимона».
