Алон Охель растрогал, «Этникс» взорвали: фестиваль «Фатталь Рок» вернулся в Эйлат
Кампания против Ирана отложила планы, но не традиции: фестиваль «Фатталь Рок» вернулся в Эйлат с тремя днями выступлений, уникальными встречами и трогательными моментами. От Мири Месики и Керен Пелес, принимавших Алона Охеля, через «Этникс», Авива Гефена и «Моника Секс», и до Гиди Гова и Дани Сандерсона — ежегодный праздник музыки доказал, почему он так важен именно сейчас.
На мгновение показалось, что этого не произойдет. Кампания против Ирана спутала все карты, первоначальные даты были перенесены, и даже самые преданные фанаты фестиваля «Фатталь Рок» в Эйлате, который должен был состояться в 11-й раз, начали смиряться с тем, что любимая ежегодная традиция будет нарушена. Но затем в WhatsApp пришло сообщение, начинавшееся со слов: «Шехехияну ве-игиану ла-зман ха-зе» (Благословен Ты, давший нам дожить до этого времени), и тоска, уже начавшая пробираться в кости, мгновенно рассеялась. Коллективное «Да!», последовавшее за этим, было слышно вплоть до Эйлата — и даже хуситы, находившиеся за 2000 километров к югу, наверняка его уловили.
Ведь чего на самом деле хочет человек после очередного раунда ракет и тревог, беготни с детьми в защищенную комнату (МАМАД) и всех остальных «прелестей», которые стали почти ежедневной реальностью в последние годы? Ему нужны три дня в Эйлате с любимыми и успешными музыкантами Израиля — героями его юности. Без тех самых детей, которые на этот раз остались на попечении бабушки, пока папа и мама сбегают на юг, куда глаза глядят. Все в порядке, пусть дети проводят время в гаджетах, а мы отправляемся в путь.
Есть что-то особенное в прибытии в Эйлат в начале лета, за мгновение до того, как город наполнится семьями и отдыхающими со всей страны, а воздух пропитается запахом Red Bull, крема от загара и хлорки. Улицы еще дышат, набережная относительно спокойна, и в воздухе витает ощущение, почти исчезнувшее из города в последние десятилетия — дух Эйлата восьмидесятых. К чести организаторов стоит сказать, что и в этот раз все работало как часы. Логистика, переходы между выступлениями, великолепный звук в павильоне отеля «Херодс» — все было организовано с профессионализмом и щедростью, ставшими визитной карточкой мероприятия. В столь сложное время заставить публику почувствовать, что ей остается лишь наслаждаться, — задача не из легких, но организаторы с ней справились.
Первый вечер открыли Мири Месика и Керен Пелес совместным выступлением — отточенным, захватывающим и, прежде всего, естественным. Химия между ними выглядела абсолютно органичной. Кульминационный момент наступил, когда обе артистки пригласили на сцену пережившего плен Алона Охеля. Вместе они исполнили песню Пелес «Шкуфим» (Прозрачные), а позже Охель сел за пианино. Это был один из тех редких моментов, когда тысячи людей в зале хранили абсолютную тишину.
Оттуда фестиваль перешел к совершенно иной энергии. Группа «Этникс» напомнила факт, который иногда легко забыть: пожалуй, ни один израильский артист не создал за эти годы такого количества хитов. Они открыли выступление трибьютом Ишаю Леви, ушедшему из жизни всего за несколько дней до фестиваля. Зеэв Нехама назвал его «величайшим певцом в стране», рассказал о дружбе между ними и исполнил «Иша неемана» (Верная жена), написанную для Леви для альбома «Рикуд романти» (Романтический танец). Позже Нехама с улыбкой прокомментировал утверждение, согласно которому «Этникс» виноваты в том, что восточная музыка стала доминирующей поп-музыкой в Израиле. «Они правы!», — объявил он, и группа перешла в атаку хитов, доказавшую, почему именно они занимают особое место в израильской культуре.
Второй день начался спокойно: в обеденные часы выступили Шломи Шабат и Пабло Розенберга. Эти два певца всегда выглядят так, будто родились, чтобы выступать вместе. Дружеская энергия, теплота и взаимное уважение были очевидны. В конце выступления Шабат пригласил на сцену свою дочь Манор и внучку для исполнения «Биглаль ха-руах» (Из-за ветра) — маленький и трогательный семейный момент, растрогавший весь зал.
Вечером пришла очередь «Моника Секс», которые эффективно прошли по центральным станциям своей карьеры — от «Пцаим ве-нешикот» (Раны и поцелуи) до «Ха-симла ми-Мадрид» (Платье из Мадрида). Гостями выступили «Ха-Йехудим»: Том Петрувер и Орит Шахаф звучали так, будто их заморозили в 1996 году и разморозили прямо перед выходом на сцену. Мощь, энергия и присутствие — все было на месте.
Следующее выступление нельзя было пропустить. Авив Гефен посвятил начало вечера памяти Нехорая Лайзера, солдата, погибшего при выполнении оперативной задачи в Ливане в конце мая. Семья Лайзера, который был поклонником Гефена, присутствовала в зале. В один из самых трогательных моментов фестиваля Гефен завернулся в флаг, принесенный семьей, во время исполнения песни «Махар» (Завтра). Позже определенное поколение ждал настоящий подарок: Хами Роднер и участники группы «Эйфо ха-йелед» присоединились к Гефену для встречи на вершине девяностых. Это было лекарство для души, напомнившее, почему та эпоха продолжает вызывать столько тоски.
Фестиваль завершили в субботу Гиди Гов и Дани Сандерсон, которые подарили публике большую дозу ностальгии. Рядом с ними выступили Эфраим Шамир, Алон Олеарчик и замечательная Мази Коэн, и сцена на мгновение наполнилась духом «Каверет» и другого Израиля — смешного, музыкального, теплого и умного. Это было очаровательное завершение фестиваля, который стал праздником «вместе», общего опыта и идеала того, кем мы хотели бы быть, вместо реальности, в которую мы превратились. Еще не слишком поздно измениться. Спасибо за эту дозу здравого смысла. Встретимся в следующем году.
Автор был гостем сети отелей «Фатталь».
