Асаф Зага из «Мироца ла-миллион»: «Я был одинок, это очень мучительный период»
В преддверии праздника Песах Аври Гилад провел праздничный эфир «Большой пасхальный седер» на канале «Кешет 12». В студии собрались израильтяне, ставшие символами в своих областях, чтобы обсудить личные истории преодоления, материнство в военное время и поиск истинной свободы.
На фоне сложной реальности, постоянных сирен и беготни в убежища, в эту среду израильтяне собрались, чтобы отметить пасхальный седер. Будь то в узком семейном кругу или вместе с соседями в защищенных пространствах, стремление к истинной свободе остается неизменным спутником еврейского народа в каждом поколении. В честь праздника Аври Гилад провел эфир «Большой пасхальный седер» на канале «Кешет 12», который прошел в особом формате — в тени войны и в условиях, когда во многих районах страны звучали сирены всего за несколько часов до наступления праздника.
Переход от рабства к свободе
Праздник Песах, символизирующий выход из рабства на свободу, обретает особый смысл для Саги Муки, который недавно завершил блестящую карьеру в дзюдо. «Я не воспринимал это как работу, вначале я был волонтером», — делится олимпийский медалист. «Пока я не попал в сборную, родители потратили 50 тысяч шекелей, чтобы я мог тренироваться и соревноваться. Только в 20 лет я получил первую зарплату в 500 шекелей. Страсть влекла меня. Я очень скучаю по тем временам, но теперь мой голод к успеху направлен в другие русла — на семью и новый клуб дзюдо, который я открыл. Я мечтаю, чтобы следующий чемпион мира вышел именно оттуда».
Молодое материнство в дни войны
Для Таль Эли этот Песах — первый в качестве матери. То, что в обычное время должно было стать радостным событием, сегодня сопровождается смешанными чувствами из-за необходимости постоянно бежать в МАМАД. «Я заново открыла для себя понятие "тревожность"», — признается она. «Когда у тебя дочь во время войны — это другое. Она принесла в дом огромное счастье, но празднование проходит с ощутимой долей напряжения».
Никто не остается один
Реальность отправила детей на незапланированные каникулы еще в Пурим, и многие из них столкнулись с тяжелым одиночеством. Шломи Ифрах и Асаф Зага из «Мироца ла-миллион» поделились личным опытом борьбы с социальной изоляцией в детстве. «Я подвергался бойкоту в течение трех лет, с четвертого по шестой класс», — рассказал Асаф. «Нас учили в школе помощи ближнему, но на деле я сталкивался с тотальным бойкотом. Я помню, как приходил домой, а мама видела, как я плачу, и не знала, как помочь. Это очень мучительный период».
Шломи Ифрах добавил: «Тема бойкота — большая часть моей истории. Что спасло меня, так это сцена. Как и Асафа, каждого из нас путь научил находить там свое место. Часто в таких ситуациях люди молчат, но молчание лишь увеличивает боль». В обсуждении также приняла участие Шири Кенигсберг-Леви, основательница ассоциации «Ям шель хаверим» («Море друзей»), которая ведет борьбу против травли в школах.
Свобода выбора
Аври Гилад считает, что со времен исхода из Египта суть испытаний изменилась лишь внешне. «Мы сменили физическое рабство на душевное. Мы стали рабами экранов, новостей и страхов», — откровенно поделился он. «Сегодня у нас есть возможность выйти из этого рабства. Самое тяжелое наше порабощение — это попытка понравиться другим народам мира. Сейчас, когда антисемиты поднимают голову, пришло время набраться смелости. Эта война заставляет нас перейти от сознания извиняющегося к сознанию, использующему исторические возможности. У нас нет выбора — либо быть свободными людьми (бней хорин), либо жить как люди с геморроем (бней тхорим)».
Большое сердце израильтян
В свои 92 года Моше Поллак, посвятивший 54 года волонтерству в МАДА, продолжает работать с вдохновляющей преданностью. Даже в канун праздника он предпочел остаться на посту, а не сидеть за семейным столом. В студии его ждал сюрприз: Гилад вывел на связь его семью, которая поздравила его в прямом эфире. «Мы все удостоились примера для подражания», — поделилась его внучка. «Он прокладывает нам путь без слов, только своими делами».
