Асулин: «Музыка научила меня не ждать одного большого дня, когда всё произойдёт»
Ротем Асулин, ранее известная как Джей Ламотта, выпустила альбом «ישראליאנה», в котором исследует свою израильскую идентичность. В интервью артистка рассказывает о материнстве, поиске баланса между карьерой и личной жизнью, а также о том, как музыка помогает ей проживать сложные реалии жизни в Израиле.
«Свеча на день рождения, поминальная свеча. Глоток арака, у меня нет измерения». Этими строками открывается новый альбом «ישראליאנה» Ротем Эльджем Асулин, которая до недавнего времени выступала под сценическим именем Джей Ламотта, а недавно заново выстроила свой бренд как Асулин. Это относительно короткий альбом, всего 26 минут, в которые втиснуто немало мыслей и сомнений, занимающих артистку в Израиле 2026 года.
В «ישראליאנה» Асулин стряхивает пыль с термина, являющегося аналогом «американы» и относящегося к набору символов и материальной культуры, связанных с историей Эрец-Исраэль. Шляпа-тамбель, жвачка «Альма», одежда нового-старого бренда «Ата» или кутюрные изделия исторической «Мешекит». Асулин признается: «Я была уверена, что придумала это понятие сама. Я знала, что есть американна, и хотела взять культурные признаки и принести их в свой мир».
«В последние годы я очень много занималась своей израильскостью, — рассказывает она. — Об этом свидетельствует и мой предыдущий альбом, «Асулин», ставший моим сценическим именем. Когда я работала с арт-директором, она предложила визуальную эстетику: набережная в Эйлате, хна-татуировки, стулья «Кетер». Она произнесла: «ישראליאנה», и это понятие стало ДНК всего альбома».
Хамсу, мимуну и кулон «хай», сопровождавшие её ранее, она усовершенствовала в новом релизе, который местами звучит как «Асулин, часть 2». «Были годы, когда я чувствовала, что мне всё время нужно объяснять себя, — делится она. — Меня спрашивали: «Ты Джей Ламотта, поешь на английском, мир не обязательно явно израильский — кто ты вообще? Ты отсюда или нет?» Я — самая настоящая».
«Я не хотела, чтобы у публики было ощущение, что я — что-то далёкое, к чему невозможно приблизиться.»
Ротем (35) прожила восемь лет в Берлине, работала там как музыкант и стала известна в Японии под именем Сузума. Она вернулась в Израиль в 2022 году, когда поняла, что её сердце находится здесь. Если слушать её дискографию в Spotify, можно подумать, что речь идёт о двух разных артистках, учитывая разрыв между Джей Ламоттой и Асулин — изощрённым сочетанием hyper pop с восточными оттенками. «Многие говорили мне: «Может, разделишь?» — но для меня это путь одной и той же создательницы», — утверждает она.
— Но ты ведь всё же сменила имя.
— Верно, мне понадобилось время. За последние два года я поняла, что не хочу казаться чем-то далёким. Джей Ламотта всегда будет частью меня, но моя жизнь и мои корни — здесь. Это был процесс освобождения от эго. Мои менеджеры предложили эту идею, и моё сердце было открыто, чтобы заново учиться той создательнице, которой я являюсь.
— В предыдущем альбоме ты больше приносила личную историю, а в «ישראליאנה» говоришь о нас как об обществе. Например, в песне «Бард ламбада».
— Мы пытались понять, что такое «ישראליאנה», что можно сразу узнать и сказать: «Это Израиль». В последние годы невозможно заниматься израильскостью, не говоря о сложности жизни здесь. Празднования рядом с похоронами, свеча на день рождения рядом с поминальной свечой — это микрокосм нашей жизни. День памяти и День независимости. Я беременна, но люди здесь умирают без причины. Эти резкие переходы происходят параллельно с тем, что я хочу делать — радовать людей и заставлять их танцевать. Это моя самая чистая мечта.
Внутри этой бурной реальности Асулин и её партнёр Рои Зомер стали родителями Сами, которому сейчас 8 месяцев. «Это самое клишированное, что только может быть, но я не верила, что можно любить так. Как будто в сердце открылась ещё одна комната, к которой у меня не было доступа», — рассказывает она. Имя Сами — дань уважения её дедушке, который является для неё главным источником вдохновения.
— В альбоме ты также говоришь о страхе привести ребёнка в мир в такое время. Что в итоге тебя убедило?
— Что жизнь сильнее, больше и красивее. Мой друг Дов Набон однажды сказал мне: «Стоячая вода — это вонючая вода. Ты поступаешь разумно, меняя воду. Ты переходишь на следующий этап». Со всеми трудностями и страхами я хочу обновить свою воду.
— Было ли соображение карьеры? Ощущение, что ещё не пришло время?
— Нас воспитывали на идее, что женщина сначала должна построить карьеру, а потом создавать семью. Но я не уверена, что этот идеальный момент наступает. Наоборот, именно из места войн и боли жизнь сталкивает тебя со своей хрупкостью, и ты спрашиваешь себя: может быть, я всё-таки готова.
Что касается свадьбы, Асулин и Зомер, владельцы магазина пластинок «Худ ха-махат» в Тель-Авиве, решили пропустить этот этап. «Настоящий выбор — вставать каждый день заново и выбирать свою любовь. Музыка научила меня не ждать одного большого дня, когда всё произойдёт. Я встречаю множество значимых моментов через своё творчество, а любовь для меня — нечто гораздо более частное».
В завершение Асулин отмечает, что продолжает развиваться и на международной арене: Apple приобрела права на её песню «Warawara» для кампании технологического гиганта. «Я делаю экзит, жизнь, — смеётся она. — Как тяжёлые мизрахи, о деньгах не говорю».
