Кристофер Нолан: революция бизнес-модели в киноиндустрии

1. После ожиданий, критики кастинга и споров об исторической точности, наступил фурор «Одиссеи», которая почти наверняка достигнет мировых кассовых сборов как минимум в 1,3 миллиарда долларов. Итоговый чек, который продюсерская компания Syncopy внесет на свой банковский счет, легко превысит отметку в 130 миллионов долларов. Вместо очередной истории о талантливом режиссере, который сорвал куш в прокате, это станет убедительным доказательством тихой революции в экономике кино.

Кристофер Нолан и его жена и партнер-продюсер Эмма Томас, владеющие Syncopy, заново взломали механизм обогащения индустрии развлечений. В то время как их предшественникам требовалось создавать студии или рисковать деньгами из собственного бизнеса, чтобы достичь статуса магнатов, Нолан изобрел новую бизнес-модель. Внутри тяжелой и старой индустрии он действует как бережливая и беспощадно эффективная хайтек-компания. Финансовая структура, которая использует сотни миллионов долларов других людей, имеет (относительно) нулевые накладные расходы и не рискует ни одним долларом из своего кармана.

1. Самый богатый режиссер в мире на сегодняшний день, Джордж Лукас, стал мультимиллиардером с состоянием, оцениваемым примерно в 5 миллиардов долларов, но это произошло не из-за гонораров за режиссуру «Звездных войн». Лукас продал свою продюсерскую компанию Lucasfilm компании Disney более чем за 4 миллиарда долларов только после того, как пошел на значительные бизнес-риски. После успеха первого фильма из серии «Звездные войны» Лукас не только отказался от того, что могло бы стать самым высоким режиссерским гонораром в мире на тот момент, он решил в рамках рискованной ставки заложить свои активы, взять огромные кредиты и профинансировать из своего кармана «Империя наносит ответный удар». Прибыль? Сохранение интеллектуальной собственности, львиная доля доходов от фильма, права на мерчендайзинг и создание гиганта спецэффектов ILM.

Джеймс Кэмерон и Питер Джексон также кое-чему научились у Лукаса. Они платили из своего кармана и тратили свое время на годы исследований и разработок технологий съемки, 3D и спецэффектов (Джексон превратил Weta Digital в технологическую империю и продал ее). Кэмерон даже отказался от своего режиссерского гонорара за «Титаник», когда бюджеты вышли за рамки. Стивен Спилберг создавал студии (Amblin, DreamWorks) и инвестировал в традиционную производственную инфраструктуру (покупка сценариев, разработка). Все это по модели «тяжелой голливудской индустрии». Они строили заводы, содержали сотни сотрудников, закупали дорогостоящее оборудование и рисковали собственным капиталом. Они стали магнатами, потому что были готовы сами стать корпорациями.

1. Чтобы понять, почему «доля в прибыли» в Голливуде не обязательно что-то гарантирует продюсеру или режиссеру, нужно знать «белого слона» киноиндустрии — «голливудскую бухгалтерию». На протяжении десятилетий крупные студии использовали магический бухгалтерский метод, который заставлял даже хиты, собравшие сотни миллионов долларов, выглядеть убыточными на бумаге. Это делалось через раздутые внутренние накладные расходы, фиктивные дистрибьюторские сборы, которые студия взимала сама с себя, и различные внутренние проценты. Утекшие документы показали, что финансово успешные фильмы, такие как «Форрест Гамп», «Гарри Поттер и Орден Феникса» и «Возвращение джедая», были записаны в книгах как убыточные, что позволило студиям почти полностью списать долю создателей, которая основывалась на проценте от чистой прибыли.

Старая гвардия годами боролась с этой системой в судах. Среди известных исков: Джексон против студии New Line по поводу «Братства кольца» (отказался прикасаться к следующему фильму, пока студия не уступила и не выплатила все); Кэмерон, который вступил в бухгалтерский арбитраж с Fox по поводу «Правдивой лжи» и в итоге получил свою долю; и Спилберг, который нанял армию аудиторов, копавшихся в бухгалтерских книгах студий, которые, в свою очередь, предпочли прийти с ним к тихим компромиссам. Даже Стэнли Кубрик, известный как контрол-фрик, обнаружил, что студия Warner Bros. включила в бюджет «Сияния» расходы на канцелярские товары, телефонные звонки и конверты головных офисов. Он боролся, пока не получил возмещение за каждый доллар.

1. Нолан понял, что единственный способ сокрушить систему — это механизм First Dollar Gross (валовой доход с первого доллара) — получение процентов непосредственно с первого доллара, поступившего в студию, до вычета производственных расходов, процентов или маркетинга. В прошлом только отдельные гиганты, находящиеся в позиции абсолютной силы, могли получить воображаемую долю в 20% от валового дохода. Спилберг сделал это в «Парке Юрского периода» (22%) и «Войне миров» (40% вместе с Томом Крузом), Джексон боролся за это в «Кинг-Конге». Но это были редкие пиковые события.

Нолан взял исключение и превратил его в бизнес-модель Syncopy. После феноменального успеха «Темного рыцаря» (2008) и с фильмом «Начало» (2010) Нолан впервые потребовал гарантированную валовую долю за оригинальный сценарий. За 15 лет, прошедших с тех пор, благодаря таким фильмам, как «Интерстеллар», «Дюнкерк», «Довод» и пику в «Оппенгеймере», этот механизм принес в казну компании пары Нолан-Томас сумму, оцениваемую в 550 миллионов долларов, без риска хотя бы одним долларом из их кармана.

Компания работает как бережливый хайтек-стартап: 100% финансирования производства и маркетинга (более 350 миллионов в «Одиссее») поступает от студии, нулевые постоянные накладные расходы, потому что у Syncopy нет студий для обслуживания, нет дорогостоящих отделов спецэффектов в повседневной работе и нет армии сотрудников на постоянной зарплате.

1. Разница между Ноланом и его предшественниками похожа на разницу между промышленником XX века и хайтек-предпринимателем XXI века. Чтобы стать миллиардерами, Лукасу и Спилбергу нужно было строить империи недвижимости и инфраструктуры, содержать армию сотрудников или продавать компанию. Нолан, напротив, не строит компанию, чтобы ее продать. Он получает огромные суммы непосредственно из кассовых сборов от каждого проекта, наряду с потоком роялти от сделок вещания и продаж каталогов на десятилетия вперед, и все это при нулевых долгах и нулевом личном риске.

При таких темпах чистого накопления, и пока популярность Нолана сохраняется, он и его жена находятся на верном пути в клуб миллиардеров. Пара расшифровала новую экономику в мире тяжелой индустрии: самое большое богатство принадлежит тому, кто использует капитал других, не рискуя собой.