Что общего у Бецалеля Смотрича с религиозным сионизмом?

Министр финансов Бецалель Смотрич годами наряжается на Пурим в ультраортодокса (хареди), надевая штраймл и одежду хасида. В эти дни, когда маски сброшены, раскрывается политическая история председателя партии «Религиозный сионизм», и становится ясно, в чем заключается его истинный маскарад. Это болезненная ирония: именно тот, кто стоит во главе партии, носящей имя одной из величайших духовных революций в истории еврейского народа, все больше отдаляется от ее идей.

Учение раввина Кука о Земле Израиля стремилось проявиться во всех сферах реальности — в государстве, армии, правосудии, поселенчестве, экономике и культуре. Религиозный сионизм — это не ультраортодоксальность с флагом Израиля; он проложил путь к Торе, которая не бежит от жизни, а искупает ее. К чести Смотрича нужно сказать прямо: он настоящий бульдозер в вопросах поселенчества. Но именно поэтому трагедия столь велика. На пути к сохранению Земли Израиля он, кажется, отказывается от обязательств перед народом Израиля. Он борется за каждый холм, но отступает, когда речь заходит об общей ответственности за безопасность страны.

Верно, он продвигал правительственные льготы для резервистов и их семей, и я была соучастницей этих благословенных процессов. Но какими бы важными они ни были, как необходимый пластырь в чрезвычайной ситуации, они не снимают ответственности за поиск реального решения, которое уменьшит государственные расходы и истощение сил, невозможное исцелить денежной компенсацией. Почти три года войны позади, но вызовы в сфере безопасности никуда не делись.

Недавно открылась болезненная правда: Смотрич предупредил, что «без этого закона (Основной закон: изучение Торы) наши ешивы окажутся под ударом» — это типичная ультраортодоксальная терминология. На протяжении поколений религиозный сионизм учил, что ешива и армия — не соперники, а партнеры; что форма ЦАХАЛа — это не противоречие дому учения, а его естественное продолжение в суверенной реальности Государства Израиль. Эта решительность по сравнению с податливостью перед лицом шантажа и ультраортодоксальным безразличием крайне тревожна.

Тот, кто находится под ударом, — это не узкий и циничный мир ультраортодоксального национализма (хардаль). Под ударом находятся солдаты и резервисты в секторе Газа и в Ливане, и, конечно, их семьи. Тот, кто угрожает Торе, — это не ЦАХАЛ, а Иран, «Хезболла» и ХАМАС. Это так просто, но, видимо, нужно напомнить Смотричу и оставшимся представителям его партии, что армия — одно из самых возвышенных проявлений Торы. Она защищает народ Израиля на его земле.

Вместо того чтобы прислушаться к призывам организаций резервистов, он предпочел критику и уклонение от диалога. Вместо того чтобы видеть в нас истинное лицо религиозного сионизма, он выбрал союз с теми, кто отказывается разделять общую ответственность, не требуя от них взамен ничего. Именно та часть общества, которая воплотила в этой войне видение раввина Кука больше, чем любая другая — из чувства религиозной и национальной миссии, — стала в его глазах политической помехой, вместо того чтобы стать возможностью для широкого и ответственного национального исправления.

Трудно избавиться от ощущения, что речь идет не только о политическом расчете. Такое поведение транслирует глубокую неуверенность в идее религиозного сионизма. Партия, которая когда-то несла знамя Торы, связанной с народом, государством и жизнью, все больше принимает мировоззрение, сужающее Тору до четырех локтей одного сектора. Это упущенная возможность для величайшего предназначения религиозного сионизма в то время, когда значительная часть народа Израиля прозрела в вопросах безопасности и приобщилась к еврейской и религиозной идентичности.

Религиозному сионизму не нужно маскироваться или пресмыкаться перед ультраортодоксальным цинизмом. Он может принести великую весть Государству Израиль в критические для его существования моменты. Пришло время провозглашать ценности религиозного сионизма с высоко поднятой головой, без комплексов неполноценности Смотрича. Сообщение министра Софера о выходе из партии свидетельствует лучше тысячи слов о том, что эта партия отныне представляет только ультраортодоксальную националистическую линию. Отныне говорите: партия «Ткума».