Даниэль Гринберг: «Раньше я много плакала и чувствовала себя одинокой»
Модель и бывшая жена Эяля Голана рассказала о том, как проводит выходные без детей: «Чаще всего я одна, когда детей нет со мной». Сейчас она ценит домашний покой и верит в новые отношения.
Даниэль Гринберг поделилась с подписчиками в Instagram личным опытом того, как она справляется с вечерами пятницы, когда дети находятся не с ней. Гринберг призналась: если раньше эта ситуация вызывала у нее слезы и глубокое разочарование, то теперь она предпочитает использовать это время для душевного покоя. Наряду с принятием тишины, она подчеркнула, что верит в то, что в будущем у нее появятся новые отношения и она не будет проводить вечера пятницы в одиночестве.
Признание последовало за вопросом о ее распорядке дня в выходные, когда дети гостят у отца.
«Чаще всего я одна, когда моих детей нет со мной в субботу. Вначале я много плакала и чувствовала себя одинокой», — откровенно поделилась Гринберг.
Она добавила, что сегодня ее мировоззрение изменилось: «Сейчас, когда их нет со мной, я выбираю одиночество и наслаждаюсь тишиной. Не люблю ходить в гости по пятницам, редко куда-то выхожу». По ее словам, она предпочитает придерживаться простого распорядка: заказывать готовую еду или готовить легкий ужин, не создавая лишних драм. Тем не менее она уточнила, что для нее это лишь временный этап, а не постоянный статус. «Я знаю, что придет момент, с Божьей помощью, когда я больше никогда не буду одна в пятницу», — подытожила она.
Госпитализация Миэль и отказ от домашних правил
Переживания Гринберг последовали за сложным периодом, связанным с госпитализацией ее дочери Миэль. В напряженные дни у больничной койки Гринберг делилась тяжелыми опасениями, накопившейся усталостью и чувством беспомощности, которое сопровождает уход за больным ребенком. Ситуация требовала от нее полного присутствия и непрерывного функционирования в качестве единственной опоры для дочери.
После выздоровления Гринберг решила нарушить строгие правила, принятые в ее доме, и отступить от принципа «каждый ребенок в своей кровати». Она позволила Миэль спать рядом с ней, чтобы дать ей тепло и чувство безопасности, пояснив, что, пока она не состоит в отношениях, у нее нет причин лишать себя и свою дочь этой близости.
