Даже под давлением США: как вернуть политическую независимость

В последние два года жители Израиля привыкли узнавать о том, что нас ожидает — будь то эскалация или прекращение огня, — из твитов президента Дональда Трампа. Сегодня он принимает за нас судьбоносные решения, определяющие наше будущее. Иногда он уведомляет правительство Израиля о своих планах, но порой обходит его стороной, отдавая прямой приказ: вернуть самолеты, направляющиеся для атаки в Иране, или прекратить огонь в Ливане.

Президент Трамп — большой друг Израиля, и в этом он стоит в одном ряду с длинным списком американских лидеров, которые поддерживали нас в моменты кризисов и которых некоторые по неблагодарности пытаются предать забвению. Но Трамп — прежде всего президент США, и у него есть собственные интересы и система координат, которые не всегда совпадают с нашими. Например, Трамп видит в президенте Турции Эрдогане или в эмире Катара близких союзников, тогда как мы считаем их заклятыми противниками.

Понимая, что США — близкий друг, чьи интересы порой противоречат нашим, правительства Израиля всегда тщательно оберегали независимость принятия решений и способность противостоять — а порой и возражать — американским требованиям. Однако эта независимость и способность сказать «нет» даже самым близким друзьям были утрачены в последние годы. Об этом честно и резко свидетельствовал сам президент Трамп, заявив, что премьер-министр Биньямин Нетаниягу делает именно то, что он ему велит.

Является ли такая зависимость, граничащая с самоуничижением, неизбежностью? Отнюдь. В июне 1981 года ВВС Израиля уничтожили иракский атомный реактор. Израиль не просил разрешения у США и даже не уведомил их об атаке, за что американцы приостановили поставку новых боевых самолетов. Полгода спустя, в декабре 1981 года, разразился новый кризис после того, как премьер-министр Менахем Бегин решил распространить израильскую юрисдикцию на Голанские высоты. В ответ президент Рейган объявил о приостановке соглашения о стратегическом сотрудничестве и отмене гранта на сотни миллионов долларов. Однако Бегин не дрогнул. Он вызвал посла США и заявил: «Мы не ваши вассалы, мы не банановая республика».

Он также сообщил, что Израиль аннулирует соглашение о сотрудничестве, которое Вашингтон уже приостановил. В обоих случаях жесткая позиция Бегина привела к тому, что американцы отступили, и отношения вернулись в прежнее русло. Но Бегин не был первым премьер-министром, который осмелился стоять на своем. Ему предшествовал Давид Бен-Гурион, который в декабре 1949 года, вопреки воле США и всего мира, решил перенести столицу в Иерусалим. Бен-Гурион также твердо противостоял давлению президента Кеннеди, требовавшего остановить строительство ядерного реактора в Димоне.

Израиль успешно противостоял давлению американской администрации, опираясь на решительную поддержку еврейской общины США, американского общественного мнения и, что немаловажно, двухпартийную поддержку в Конгрессе. Однако тот, кто превращает Демократическую партию — которая, возможно, вернется в Белый дом через два года — в своего врага, подтачивает широкую межпартийную поддержку, которой мы пользовались десятилетиями. Тот, кто вносит раскол среди евреев США, теряет поддержку, которая была ключевым фактором мобилизации американского общества. И излишне говорить, что отсутствие способности стоять на своем демонстрирует слабость, лишь провоцируя дальнейшее давление.

Остается надеяться, что после того, как мы «вытрем слюну» и перестанем убеждать себя, что это дождь, мы сумеем заново построить мосты, разрушенные собственными руками, к нашим друзьям и сторонникам в США. Это позволит восстановить баланс в отношениях с Вашингтоном и вернет нам независимость и способность противостоять любому давлению.