Дело «секретного банка»: чиновник муниципалитета Хадеры освобожден под домашний арест
Барух Оад, подозреваемый в управлении нелегальным пунктом обмена валюты, через который прошли десятки миллионов шекелей, освобожден из-под стражи после двух с половиной недель заключения. При обыске в его автомобиле были изъяты чеки на сумму 25 миллионов шекелей и крупные суммы наличных. Полиция полагает, что чиновник организовал частную кредитную структуру.
В расследовании дела Баруха Оада, высокопоставленного сотрудника муниципалитета Хадеры, подозреваемого в создании «секретного банка» и управлении нелегальным пунктом обмена валюты, произошел значительный поворот. Сегодня полиция согласилась перевести Оада под домашний арест сроком на 18 дней, а также отстранить его от работы в муниципалитете на 30 дней.
Оад был арестован около двух с половиной недель назад. В ходе задержания в его автомобиле были обнаружены чеки на сумму около 25 миллионов шекелей, большая часть из которых подлежала немедленному погашению, а также полмиллиона шекелей наличными. Двое детей Оада, также проходившие по этому делу, были освобождены ранее на прошлой неделе.
Расследование ведут подразделение по борьбе с экономическими преступлениями «Лахав 433», сотрудники полицейского участка Хадеры и Налоговое управление. По версии следствия, Оад использовал свое служебное положение для получения дополнительного дохода через выдачу кредитов и ссуд. Источник в полиции прокомментировал ситуацию:
«Наше подозрение заключается в том, что он основал частный секретный банк, своего рода чейндж, через который прошли десятки миллионов шекелей. Он не декларировал доходы в Налоговое управление и не имел разрешения Банка Израиля на ведение подобной деятельности.»
Несмотря на изменение меры пресечения, расследование продолжается. Следственные группы анализируют финансовые операции, пытаясь восстановить полную картину движения денежных средств в структуре, созданной подозреваемым.
Адвокат Шай Леви, представляющий интересы Оада, заявил:
«Окружной суд в Хайфе еще на прошлой неделе определил условия освобождения для всех членов семьи, исходя из степени их участия. Расследование еще не завершено, но необходимость в содержании под стражей отпала. Праздник Песах мои подзащитные встретят дома».
