Дени Авдия на скамейке: как студия спортивного канала превратилась в карнавал
Выход Дени Авдии на скамейку запасных на 20 секунд в матче «Портленда» против «Финикса» вызвал бурю эмоций в эфире спортивного канала. Комментатор Симха Ригер не сдержался в выражениях в адрес тренера, а ведущий Идо Гур отреагировал на игру баскетболиста с такой страстью, будто речь идет о его собственном сыне.
«Портленд» против «Финикса», эфир спортивного канала. «Какой тренер-демиколо (ничтожество)!» — гремит комментатор Симха Ригер, явно имея в виду Тьяго Сплиттера, наставника «Портленда», за который выступает Дени Авдия. Когда Сплиттер усаживает Авдию на скамейку запасных всего на 20 секунд в решающий момент игры, Ригер не сдерживает эмоций, используя в адрес тренера весьма резкие выражения.
Надо признать, Ригеру весело, и я ему даже завидую. На спортивном канале ему позволено ругаться в прямом эфире, и никто не спешит прерывать трансляцию. Если бы я позволил себе написать всё, что думаю о самом Ригере, используя аналогичный лексикон, который вертится на языке уже много лет, я бы получил такой нагоняй, что мало не показалось бы. Но Ригеру можно всё: кричать, ругаться и издавать странные звуки, которые на канале почему-то называют «комментарием».
Ведущий Идо Гур виноват в этом не меньше. Во-первых, он не пытается урезонить Ригера, позволяя ему кричать всё, что вздумается. Впрочем, Гура можно понять: он настолько сосредоточен на успехах Дени Авдии, что кажется, будто он переживает эмоциональную трансформацию. В его восприятии он уже не просто ведущий матча, а чуть ли не член семьи игрока, если не его родная мать.
Когда Авдия забивает мяч, для Гура это повод для национального праздника. Его голос срывается на крик, интонации подскакивают, и я почти уверен, что в такие моменты он готов броситься в объятия Ригера. Кажется, что после каждого важного попадания Авдии Гур готов выбежать из студии, чтобы танцевать хору с прохожими, и лишь чудом успевает вернуться к микрофону за секунду до возобновления игры.
В этой ситуации Ригер внезапно начинает казаться воплощением рассудительности на фоне Гура, охваченного настоящей бурей чувств. Мысль о том, что не вся страна испытывает такой же эмоциональный и физический экстаз из-за каждого броска Авдии, просто не приходит ведущему в голову. С его точки зрения, мы все влюблены в его «мальчика», его «сладкого», а любой, кто думает иначе — тот самый «демиколо».
