Добровольная слепота: почему мы не хотели знать правду
Почему мы проигнорировали военные учения ХАМАС накануне атаки 7 октября и ошибочно верили в их «сдержанность»? Небольшой самоанализ в честь праздника Песах.
12 сентября 2023 года фракции в секторе Газа начали военные учения «Мивцар Оз» («Крепость мощи») — уже четвертый год подряд. Они имитировали проникновение в израильские поселения вдоль границы, похищение солдат, вторжение с моря и ракетные обстрелы. Звуки взрывов были отчетливо слышны в приграничных поселениях и зафиксированы камерами ЦАХАЛ. Телеканал ХАМАС транслировал эти кадры в прямом эфире.
В той демонстрации силы не было ничего секретного, и тем не менее, немногие в Израиле прислушались к ней. После атаки многие возвращались к тем кадрам, коря себя за то, что не услышали тревожный звонок. Тот, кто поищет сводки новостей за тот день, найдет ответ: в те часы, когда враг проводил генеральную репетицию перед великим рейдом, Верховный суд собрался в расширенном составе из 15 судей, чтобы обсудить апелляции против «принципа разумности».
«Можете ли вы быть теми, кто судит по этому вопросу, и не быть предвзятыми, защищая свое достоинство и статус?» — бросил судьям Симха Ротман, председатель комиссии Кнессета по законодательству и правосудию. «Жаль, что господин переходит к понятиям достоинства», — обиженно возразила председатель суда Эстер Хают. И пока они вели дискуссии в Иерусалиме, а камеры транслировали кадры учений, словно развлекательный спектакль, хамасовцы приближались к границе. Еще несколько минут — и они сымитировали бы прорыв забора.
Я помню тот день не из-за «исторического обсуждения» в Иерусалиме, а благодаря военным учениям. Я следил за кадрами из Газы и отправил сообщение для эфира на радиостанцию «Галей ЦАХАЛ». Оно прозвучало лишь однажды, крайне кратко, через три часа после отправки. Я понял, что «пушки» в Верховном суде гремят громче, и мне лучше молчать.
Мы никогда не узнаем, что произошло бы, если бы СМИ и политики отнеслись к учениям ХАМАС с той же серьезностью, с какой они рассматривали обсуждение в Верховном суде. Возможно, кто-то наверху убедился бы в реальности угрозы и предпринял меры, которые предотвратили бы резню.
Спустя два года после тех событий вышла моя книга «Пять стуков в дверь: как мы пришли к седьмому октября». Это не книга о войне, не исследование военного провала или ошибочных разведывательных оценок. Она описывает склон, по которому мы шагали к ужасной резне, через пять ракурсов, связанных с региональными игроками: ХАМАС, Катар, Палестинская администрация, Египет и личность Яхьи Синвара. Каждая из этих арен подавала нам сигналы о приближающейся катастрофе.
Добровольная слепота
Верно, что ЦАХАЛ потерпел неудачу в тот день, а политический эшелон не свободен от вины за многолетнее пренебрежение проблемой Газы, но и на нас, израильской общественности, лежит доля ответственности. Целое общество предалось анестезии и не требовало знать больше, не задавало вопросов и не изучало происходящее за забором.
Я отметил в послесловии к книге, что мы не знали, потому что не хотели знать. Предупреждение от 12 сентября было четким признаком грядущей атаки, но в предшествующие годы израильское общество приложило огромные усилия, чтобы стереть палестинцев из сознания и дискурса. Как мы могли распознать признаки атаки, если мы вообще не интересовались соседями?
Ответственность за предотвращение атак лежит на системе безопасности, но и офицеры, и аналитики разведки нуждаются в стимулирующей среде общественного обсуждения. Если бы мы знали Газу изнутри, понимали бы реальность жизни в ней и дискурс, который велся внутри фракций, мы бы увидели их страстное желание изменить реальность любой ценой.
Израильский отказ признавать реальность жизни соседа актуален не только для Газы. Даже сегодня, два с половиной года спустя, мы безразличны к происходящему в Иудее и Самарии. У нас нет интереса знать, как выглядит их повседневная жизнь, на что они живут и страдают ли они. Мы поедем в Африку или Японию, чтобы исследовать другие культуры, но не те, что находятся у нас под боком.
Где сдерживание, которое вы обещали?
Годами мы привыкли спрашивать, сдержан ли ХАМАС, «Хезболла» или хуситы. Пришло время вывести этот глагол из словаря по отношению к нашим врагам. Джихадистские организации остановятся, накопят силы, залижут раны, но пока оружие в их руках — они не будут сдержаны.
В отличие от государств, стремящихся к стабильности, негосударственные организации пришли в мир, чтобы изменить существующий порядок. Главное средство для этого — использование военной силы. Ведение войны требует жертв, и они готовы платить эту цену. Для этой цели они и существуют.
Это подобно змее: если отрубить ей хвост, тело продолжит жить, пока хвост не вырастет заново. Посмотрите на ХАМАС: даже после сокрушительных ударов лидеры отказываются сдавать оружие и клянутся Ирану, что не оставят путь борьбы. Наша привычка считать трупы у врага, чтобы доказать свою победу, объясняет, почему мы всегда удивляемся их усилению. Для них потери — это приемлемая цена.
О ком можно сказать, что он сдержан? В определенных случаях — о государствах. Они чувствительны к войнам и опасаются их. Таким был Египет Гамаля Абдель Насера, такой была Сирия Башара Асада, а теперь — страны «Соглашений Авраама». Благодаря союзам с этими правительствами Израилю удавалось наносить удары по джихадистским организациям, но это не заставляло их прекратить деятельность.
Последние годы доказали важность стабильных отношений с Иорданией, Египтом и странами Залива. Если бы мы догадались установить такой союз с Ливаном еще в 80-е годы, возможно, «Хезболле» было бы трудно пустить там столь глубокие корни. Израиль редко стремится к выстраиванию реальности политическими инструментами, предпочитая им мнимое сдерживание. Политический союз с соседним государством — это лучший защитный слой в реальности, где враг отказывается отступать с боевых позиций.
