Экономика в условиях меняющегося климата: экзамен на управляемость, а не на удачу

Существуют дискуссии, которые на первый взгляд кажутся сугубо техническими — о климате, метеорологических данных или статистике. Но на деле речь идет о макроэкономическом вопросе первостепенной важности. Экстремальные погодные явления перестали быть исключительно экологической проблемой; теперь это фактор, напрямую влияющий на ВВП, инфляцию, цепочки поставок и непрерывность экономической деятельности.

Исследование Европейского центрального банка (ECB Working Paper No. 3203, 2024) четко указывает на то, что волны жары, аномальные холода, наводнения и засухи действуют как краткосрочные, порой резкие экономические потрясения, последствия которых варьируются в зависимости от страны и отрасли. Однако основной посыл остается неизменным: мы имеем дело с риском, который реализуется здесь и сейчас.

Значение этого явления выходит за рамки теории. Оно трансформируется в ущерб производству, сбои в логистике, инфляционное давление и финансовую нестабильность. Но прежде всего, это удар по функциональной непрерывности экономики. Вопрос уже не в том, «сколько будет стоить событие», а в том, «способна ли система продолжать функционировать в условиях кризиса».

Здесь вступает в силу ответственность всех ключевых игроков.

Финансовая система обязана учитывать этот риск, и касается это не только банков. Институциональные структуры, управляющие пенсионными накоплениями населения, находятся в эпицентре проблемы. Их инвестиционный горизонт долгосрочен, но подверженность риску немедленна: повреждение инфраструктуры, обесценивание активов, рыночная волатильность и влияние на целые сектора экономики. Когда экстремальные события становятся частыми, они перестают быть просто «шумом» в доходности, превращаясь в фактор, бросающий вызов базовым предпосылкам долгосрочного инвестирования. Их ответственность заключается не только в защите доходности, но и в обеспечении того, чтобы она опиралась на стабильную экономическую систему.

Параллельно с этим риск реализуется в базовой инфраструктуре, на которую опирается любая экономическая деятельность. Системы электро- и водоснабжения, транспорт и здравоохранение — это не просто услуги, а условия существования. Когда они выходят из строя, ущерб носит не отраслевой, а системный характер. Экономика, не гарантирующая функциональную непрерывность своей инфраструктуры, с трудом сохраняет свою стабильность.

Отсюда вытекает критическое различие: управление рисками начинается не на следующий день, а за день до.

Заблаговременная подготовка — это то, что определяет глубину ущерба. Проектирование устойчивой инфраструктуры, интеграция климатических рисков в макроэкономические сценарии, внедрение их в модели финансовых рисков и направление инвестиций в более устойчивые активы — все это не «дополнение», а базовое условие управления современной экономикой. Это этап предотвращения и смягчения последствий.

Не менее важен и этап борьбы «на следующий день» — способность быстро восстановиться, сохранить доверие и вернуть экономику к нормальной деятельности. Здесь вступают в дело механизмы устойчивости: планы непрерывности бизнеса, избыточность инфраструктуры и эффективные системы реагирования. Без них даже локальное событие превращается в масштабный кризис.

Это не экологическая дискуссия и даже не только регуляторная. Это дискуссия об управляемости. Законодательство и регулирование определяют рамки; правоприменение гарантирует реализацию; экстремальные сценарии проверяют зоны уязвимости и готовности; а финансовая система переводит риск в инвестиционные решения и распределение капитала. Но прежде всего требуется связь между системами, холистический и комплексный взгляд, а не точечное рассмотрение каждой из них в отдельности.

Посыл, на мой взгляд, ясен: ответственность не распыляется, а концентрируется.

В конечном счете, вопрос не в том, продолжат ли экстремальные события влиять на экономику, и даже не в том, каков будет масштаб ущерба. События произойдут, и ущерб будет неизбежен, хотя сроки его наступления неясны. Существенный вопрос заключается в том, выберем ли мы управление риском заранее, насколько это возможно, или будем втянуты в него постфактум. Ведь разница между уязвимой экономикой и стабильной экономикой измеряется не только силой события, но и качеством подготовки к нему.

Яир Авидан — председатель консультативного комитета Центра ESG Арисона; старший научный сотрудник Института политики и стратегии (IPS) Университета Райхмана; в прошлом инспектор банков.