Гендер в ЦАХАЛе: вопрос безопасности, а не политики

Министр Амихай Шикли заявил на этой неделе, что в задачи органов национальной безопасности не входит продвижение гендерной повестки или повестки ЛГБТ. «ЦАХАЛ и Шабак — это не университеты и не политические организации, — подчеркнул он. — Их задача одна: обеспечивать безопасность Израиля». С этим утверждением трудно спорить. Действительно, главная цель ЦАХАЛа — защита государства. Однако настоящий вопрос заключается не в том, какова задача армии, а в том, что требуется от нее для эффективного выполнения этой миссии.

Шикли прав: задача ЦАХАЛа — обеспечивать безопасность. Но именно поэтому он ошибается в выводах. Вопрос не в том, должна ли армия заниматься безопасностью — разумеется, должна. Вопрос в том, что требуется от нее, чтобы быть боеспособной, профессиональной и побеждающей. Можно ли обеспечивать безопасность Израиля, не понимая людей, из которых состоит армия? Не выявляя вызовы, с которыми они сталкиваются, и барьеры, мешающие им реализовать свои способности?

Тот, кто считает, что гендер — тема, чуждая армии, игнорирует реальность: более трети военнослужащих — женщины. Тысячи из них служат на боевых должностях, на командных постах, в разведке, медицине и технологических подразделениях. Вопросы интеграции, равных возможностей, условий службы, предотвращения сексуальных домогательств и адаптации структур — это не теоретические дискуссии, а неотъемлемая часть управления кадрами.

Армия измеряется не только танками, самолетами и передовыми технологиями. Истинное преимущество ЦАХАЛа с момента его создания — качество кадрового состава. Люди, женщины и мужчины, — это самый важный ресурс. Поэтому нет оперативной или стратегической логики в том, чтобы заранее отказываться от потенциала половины населения страны. Качественная армия ищет наиболее подходящих людей для каждой задачи, а не «наиболее подходящий гендер».

Гендер — это также вопрос качества принятия решений. Системы, в которых все приходят из одного окружения и обладают одинаковыми «слепыми зонами», более подвержены ошибочным концепциям. Разнообразие за столом принятия решений — это профессиональный инструмент: оно позволяет задавать иные вопросы, оспаривать устоявшиеся предположения, вовремя выявлять предупреждающие знаки и предотвращать дорогостоящие ошибки. Этот урок невозможно отделить от событий 7 октября.

Утверждение о том, что армии нечего заниматься гендером, сродни заявлению о том, что ей не нужны медицина, психиатрия или образование. Ни одна из этих сфер не является целью армии, но все они — инструменты, позволяющие лучше выполнять боевые задачи. Никто не предлагает упразднить Медицинскую службу, потому что задача ЦАХАЛа — воевать. Мы понимаем, что это жизненно важные компоненты боеспособности. Так же обстоит дело и с гендерными вопросами.

Война 7 октября наглядно это продемонстрировала. Женщины были на передовой защиты государства — в качестве наблюдательниц, бойцов, пилотов, офицеров разведки и командиров. Они заплатили высокую цену, проявили исключительную храбрость и доказали свой вклад в безопасность Израиля. Тот, кто думает, что сотни тысяч женщин могут служить в сложной военной системе без учета гендерных аспектов их службы, просто игнорирует действительность.

В отличие от большинства стран Запада, ЦАХАЛ — это не только институт безопасности. Это центральный социальный лифт, путь подготовки к лидерству и управлению. Достаточно посмотреть, сколько начальников Генштаба и генералов пришли в политику, сколько высокопоставленных лиц в системе безопасности возглавляют сегодня крупные компании и общественные структуры. Вопрос о том, кому предоставляется равная возможность занять командные должности, не заканчивается у ворот базы. Он влияет на облик гражданских центров силы Израиля на многие годы вперед.

Когда женщины исключаются из командных должностей или сталкиваются с искусственными барьерами, это означает не только ущерб их военной службе. Это означает сокращение их возможностей в будущем интегрироваться в круги принятия решений всего израильского общества. Именно потому, что Шикли ранее занимал пост министра по социальному равенству, можно было ожидать, что он поймет: гендер — это не «повестка», привносимая извне, а реальность, существующая внутри армии.

Вопрос не в том, будет ли ЦАХАЛ заниматься этим, а в том, будет ли он делать это серьезно и профессионально. Спор идет не между безопасностью и гендером. Спор идет между теми, кто понимает, что сильная армия строится на оптимальной реализации потенциала всех военнослужащих, и теми, кто предпочитает игнорировать человеческую реальность ради лозунгов. ЦАХАЛ не должен заниматься гендером вместо безопасности. Он должен заниматься гендером, чтобы обеспечить безопасность.

Адвокат Айелет Разин Бет-Ор — эксперт по продвижению гендерного равенства и борьбе с гендерным насилием, бывший генеральный директор Управления по улучшению положения женщин.