Израиль — не Спарта и не всемогущий ближневосточный Попай
Чувство коллективной горечи сегодня проистекает не из военных результатов, которые на всех аренах были блестящими. Оно рождается из острого разрыва между громкими обещаниями, лозунгами и иллюзиями и суровой фактической реальностью.
Оседание пыли войны в Иране и Ливане позволяет ясно увидеть, что именно реализовалось из обещаний изменить облик Ближнего Востока, звучащих в Израиле с 7 октября и с еще большей силой во время операции «Рев льва». Все враги Израиля действительно получили беспрецедентный удар, и ситуация в сфере безопасности улучшилась по сравнению с тем, что было два с половиной года назад. Однако ни один из трех главных противников — Иран, «Хезболла» и Хамас — не был уничтожен в духе «абсолютной победы», а ось и идея «сопротивления» не испарились. Это новый-старый Ближний Восток. В Сирии действительно пал режим Асада, но его преемник не является сторонником Израиля, Турция укрепляет свой региональный статус и бросает Израилю растущий вызов, а арабский мир не спешит падать в наши объятия, несмотря на совместное противостояние иранской угрозе. Напротив, арабские страны проявляют подозрительность ввиду демонстрации мощи Израиля и продолжают разъяснять, в частности Саудовская Аравия, что нормализация невозможна без диалога по палестинскому вопросу, от которого Израиль одержимо уклоняется, как и до 7 октября.
Война «Рев льва» вернула Израиль к реальности. У страны есть драматические военные возможности и достижения, но выявляются и пределы силы, и прежде всего — глубокая зависимость от США (а точнее, от Дональда Трампа) как в продвижении военных усилий, так и в определении сроков и формата завершения боевых действий. Прецедент Газы повторяется сейчас в Иране и Ливане: Биньямин Нетаниягу обещал абсолютные победы, уподоблял столкновения Второй мировой войне, а врага — нацистам, которых необходимо уничтожить, и стремился вести кампании без ограничения по времени. Однако Дональд Трамп приказал прекратить боевые действия и установил урегулирования, в рамках которых враг выжил как доминирующая сила. Израиль не является Спартой или всемогущим ближневосточным Попаем. Это выяснилось в конце войны в Газе (который был навязан после неудачной атаки в Катаре) и в отказе от фантазий об очистке Газы от палестинцев и создании средиземноморской Ривьеры, а теперь и в неспособности разоружить «Хезболлу» или сменить режим в Тегеране (и еще предстоит убедиться, что нейтрализация ядерной программы реализуется).
Видение, дерзость и хитрость — это основополагающие принципы сионистского проекта, но когда они движимы силой фантазий, наносится тяжелый ущерб. Израиль должен понять, что его имидж в глазах большей части мира — это не «дерзкий и праведный Давид», а силовой гигант, наносящий удары постоянно и повсюду, в то время как на заднем плане возникают вопросы относительно его здравомыслия и моральных ценностей, в том числе в свете происходящего на Западном берегу.
Чувство коллективной горечи не проистекает из военных результатов, так как на всех аренах Израиль одержал блестящие победы, продемонстрировав технологическое и разведывательное превосходство. Горечь возникает из-за острого разрыва между обещаниями, лозунгами и иллюзиями и фактической реальностью, наряду с избыточным использованием лицами, принимающими решения, «абсолютных» терминов, таких как «решение» и «обезглавливание», или постоянного подсчета расформированных подразделений и уничтоженного оружия, которые подходят для конвенциональных войн, но не для нынешних. Этот разрыв отражает дефектное восприятие реальности и непонимание глубины природы врага, а также иллюстрирует цену насмешек над требованиями стратегии и политической составляющей. Прямой и трезвый диалог между руководством и общественностью мог бы предотвратить обвал ожиданий.
Между тем выделяется тот факт, что именно лица, принимающие решения, которые представляют себя трезвыми и «исправляющими концепцию 7 октября», хвастаются тем, что они «знают, что влияет на арабов и как они думают», и несут лозунг «вечно нам жить мечом», — именно они проповедуют утопии в духе «абсолютных побед» и придерживаются веры в возможность инженерии сознания в духе дерадикализации и искоренения идеологий с помощью экономики, как, например, провальный проект GHF в Газе, который пытаются заставить забыть. Это отчаивает, но необходимо напомнить: тот, кто настаивает на том, чтобы не расследовать провал прошлого, воссоздает его в каждом своем шаге и порождает новые убытки, которые также не расследуются в соответствии с порочной культурой, укоренившейся с 7 октября и освобождающей лиц, принимающих решения, от признания ошибок и принятия ответственности.
Если и когда будущее руководство обратится к проведению глубокого расследования войны и корней провала 7 октября (и, возможно, даже начнет формирование обновленной концепции национальной безопасности), рекомендуется, чтобы перед его глазами стояли несколько выводов: что в нынешней реальности нет возможности окончательно устранить или сокрушить врагов, и что кампания против них — это долгий путь, на котором невозможно реализовать стратегическое военное достижение без политической составляющей; что культивирование далеких союзников и маргинальных групп в регионе не является альтернативой тесным связям с близкими соседями; что удержание территории само по себе не является ключом к долгосрочной безопасности; и что невозможно избежать острого обсуждения и решений по палестинскому вопросу.
Наконец, требуется также острый внутренний взгляд. Кампания, ведущаяся с 7 октября, является одной из самых успешных в военном отношении, но печальной во всем, что касается дискурса внутри Израиля, характеризующегося поверхностностью, беспрецедентным подчинением аргументов и действий политическим соображениям, коллективной зависимостью от фантазий (некоторые из которых имеют мессианский характер) и кастрацией критики и сложного мышления под предлогом отсутствия патриотизма и непонимания величия чуда. Тоска по прежнему Израилю — это не только по меньшему количеству внутренних расколов, но и по таким лидерам, как Леви Эшколь, который в конце Шестидневной войны умел объяснить, что «невеста прекрасна, но приданое проблематично». После двух с половиной лет тяжелой войны пришло время осознать, что сложные истины предпочтительнее высокомерия, пропитанного иллюзиями.
Автор — глава Форума палестинских исследований в Центре Даяна при Тель-Авивском университете.
