Израилю действительно не все равно на «Евровидение»: версия расследования в New York Times
В американском издании, которое в прошлом считалось эталоном журналистики, видимо, закончились темы для расследований. Сегодня там опубликовали материал с участием 50 интервьюируемых, посвященный израильскому влиянию на популярный песенный конкурс, однако авторы так и не смогли внятно объяснить, в чем именно заключается «преступление» Израиля.
Как Израиль превратил сцену «Евровидения» в инструмент «мягкой силы»? Таков громкий заголовок расследования New York Times, которое было опубликовано сегодня и мгновенно распространилось по европейскому сегменту Twitter. Два репортера газеты, некогда входившей в число ведущих мировых СМИ, опросили более 50 человек, чтобы доказать, насколько «Евровидение» важно для Израиля. Серьезно, это и есть итог статьи, от которой веет душком современного антисемитизма.
Изумление, сквозящее в расследовании по поводу участия государства в кампании, призывающей евреев по всему миру проголосовать за Израиль 20 раз — не фальсифицировать голоса, не запускать ботов, а просто проголосовать — выглядит смехотворно. Авторы утверждают, что мы разрушаем аполитичность конкурса (утверждение, на которое даже нет смысла отвечать), и одновременно пытаются создать ощущение скрытой кампании и «темного заговора». При этом президент нашего государства публично заявил: «Евровидение» — это национальное событие, которое может помочь нам восстановить имидж, пока мы боремся с темной стороной интернета.
Прежде чем перейти к сути расследования, потрясшего европейцев до глубины души, важно вспомнить, что это за издание. То самое, которое в прошлом опубликовало «Документы Пентагона», доказав, что американская администрация лгала общественности и Конгрессу о войне во Вьетнаме, или разоблачило дело Харви Вайнштейна, буквально изменив мир. Дело не в том, что у нас «комплекс главного героя» — Израиль действительно является самой обсуждаемой страной в мире с точки зрения геополитики. Освещение событий вокруг нас приносит трафик, вызывает интерес и, главное, позволяет писать практически все, что угодно. Никто не посмеет возразить.
Согласно расследованию, Израиль потратил за последние годы около миллиона долларов на поощрение голосования по всей Европе. Не уточняется, за какой именно период, но отмечается, что в год победы Нетты Барзилай Дорон Медали сообщил о расходах в сто тысяч долларов, и с тех пор суммы только росли. Честно говоря, звучит экономно. И конечно, премьер-министр Биньямин Нетаниягу был центральной фигурой в этой стратегии: правительственные министерства и посольства координировали свои действия с неправительственными организациями для мобилизации избирателей и формирования нарратива. Нет никаких реальных доказательств того, что Нетаниягу действительно «потирал руки» и руководил заговором — похоже, это просто вывод, вытекающий из того факта, что все это происходило во время его правления.
И даже если так, в чем, собственно, преступление Израиля? Он понял правила игры (каждому зрителю разрешено голосовать до 20 раз за понравившуюся песню) и решил использовать численность еврейской диаспоры. Это вопрос математики. После прошлого года в Европейском вещательном союзе решили, что 20 голосов на человека — это слишком много, поэтому лимит снизили до 10, а официальные кампании, призывающие голосовать за участников 10 раз, были запрещены. Израильская корпорация («Кан») уже получила указание удалить видеоролики, которые она распространяла в конце недели.
В сопроводительной статье к расследованию (да, они выпустили еще одну) под заголовком «Как выиграть Евровидение всего с несколькими сотнями голосующих» объясняется система голосования. Прежде всего, утверждение в заголовке нелогично. Израиль не побеждал с 2018 года, в 2022 году мы даже не прошли в финал, а в прошлом году заняли лишь второе место. Безусловно достойно, но это не победа.
Чего они не объясняют? Как получить симпатию европейской публики, которая не желает запрыгивать в пропалестинскую тележку или которой неприятно видеть, как участники ведут себя пренебрежительно по отношению к израильским представителям. Возможно, если бы испанский комментатор не упоминал «геноцид», который якобы совершает Израиль, каждые пять минут в эфире, испанские евреи проголосовали бы за Юваля Рафаэля всего дважды, а не максимальное количество раз.
Кстати, чудесным образом в руки репортеров попали данные именно домашнего голосования зрителей Испании — одной из стран, вышедших из конкурса и помеченной как наш самый большой противник (наряду с Ирландией). Но оставим это. В New York Times доказывают, что до изменения системы в прошлом году было достаточно 480 человек (которые могут дать около 9 700 голосов), чтобы обойти Украину в домашнем голосовании.
В итоге Израиль набрал треть голосов (около 2 360 человек, давших около 47 тысяч голосов). Может быть, кампания удалась слишком хорошо? Или людям в Испании «Евровидение» на самом деле не так важно, как Израилю? Для пропорции: это страна с 48 миллионами жителей. Верно, что это выглядит криво, но почему виноват Израиль?
Короче говоря, раз уж New York Times наконец решила заняться популярной культурой, вот список рекомендаций для дополнительных расследований, которые мы были бы рады прочитать: «Почему Сфог из Ришона на самом деле проиграл», «Как Маале-Адумим подстроил победу Хареля Мояля» и, конечно, самое важное: «Скандал с жестким запуском нового бойфренда на свадьбе».
