Хаим Перштейн: «Я понятия не имею, что вылетит у меня изо рта»

Волнение на пике: новый сезон «Танцев со звездами» стартует уже в ближайший исход субботы (Кешет 12, после новостей). Мы с нетерпением ждем выхода 21 знаменитости, готовой покорять паркет, а пока побеседовали с опытным судьей Анной Аронов и новым членом жюри — танцором Хаимом Перштейном, который в этом году совершает переход из статуса конкурсанта в статус полноправного судьи.

«Я на пике волнения, понятия не имею, что будет, — признается Перштейн в беседе с mako. — Я не знаю, каким судьей я стану, каковы участники — я привык быть в репетиционном зале, видеть, как все тренируются, знать слабые и сильные стороны каждого. Я всегда был внутри игры и к этому привык. В этот раз я как рыба, вынутая из воды. Они выступят передо мной в первой программе, и я понятия не имею, кто хорош, а кто нет. У меня нет ни малейшего представления о том, что вылетит у меня изо рта и каким человеком я буду в этой роли».

— Так вам не довелось видеть участников на репетициях?

— Вы смеетесь? Судьям не дают приближаться. Я понятия ни о чем не имею, не знаю, кто прямой, кто кривой — ничего.

— Обращаются ли к вам танцоры за советами?

— Нет. Все со мной очень милы. Послушайте, в этой роли есть что-то особенное: я никогда не чувствовал такого отношения, ведь люди между собой всегда ведут себя обычно. Сейчас вдруг появился такой взгляд, который я не привык видеть, что-то вроде: «Привет, как дела?». Люди стараются не ставить меня в неловкое положение, и это меня очень смешит. Я никогда не был в таком статусе, и странно видеть, что окружающие постоянно настроены на позитив.

— Вы чувствуете большее или меньшее давление, чем в предыдущих сезонах, когда участвовали как танцор?

— Я гораздо больше напряжен, при этом меньше в физической форме, более расслаблен телом, но зажат в голове. Порог стресса атомный, но тело совершенно спокойно. Скажем так, нет шансов, что завтра у меня заболит мышца. Если бы я стоял здесь как танцор, то наверняка на моем животе было бы чуть больше кубиков, колени болели бы сильнее, а плечо плакало бы во время интервью, потому что секунду назад на нем стояла партнерша. Я чувствую себя как после массажа в спа, но в голове — сплошное давление.

— Будет ли вам приятнее спокойно сидеть за судейским столом?

— Знаете, у меня есть небольшой страх, что я буду ревновать. Я буду смотреть на них на паркете и думать: «Мамочки, как же я хочу! Мне тоже хочется красивый танец». Во мне живет такой страх.

— Как вы думаете, вы будете жестким или поощряющим судьей?

— У меня перфекционистский взгляд, доходящий до болезненности: я вижу всё и требую, чтобы всё было идеально. Я требовал этого от своих учениц в программе и буду требовать от участников. Но во мне много любви к людям, я уже ценю их за те усилия, которые они приложили — за то, что они тяжело работают, вышли на паркет, представили себя и совершили этот прыжок.

Как уже упоминалось, Перштейн — не первый танцор, совершающий такой переход; до него это сделала Анна Аронов. «Да, я говорил с Анной, — подтверждает он. — У меня безумное почтение к ней как к судье. Она — топ. Я жду возможности увидеть в ее глазах взгляд — каким я был в ее глазах. Я не буду «судьей», я буду Хаимом, который говорит о том, что видит, со всем сердцем и душой. Если танец будет кривым, я скажу об этом, но дам инструменты для роста. Наверняка меня там будут бесконечно «резать» при монтаже», — смеется он.

«Мне кажется, Хаим может научить нас всех, — говорит в свою очередь Аронов, отвечая на вопрос, давала ли она советы коллеге. — Я доверяю ему с закрытыми глазами. Я лишь сказала ему быть собой, потому что это ответственная роль, и наверняка он будет волноваться в начале. Ему понадобится несколько программ, и тогда мир узнает, какой он потрясающий человек, а не только великолепный танцор. Его узнают и с других сторон».

— Вы волнуетесь перед новым сезоном?

— Честно говоря, да. Волнуюсь за них, за зрителей — сезон обещает быть пушечным.

— Говорят, что уровень растет от сезона к сезону. Вы это чувствуете?

— Сезон еще не начался, поэтому я не знаю, каким будет уровень, но совершенно очевидно, что ближе к финалу действительно наблюдается соревновательная планка, которой, я не ожидал, мы достигнем. Думаю, это создает еще большее давление на участников, и, судя по тому, что я слышал и немного видел, у меня есть ощущение, что и в этом сезоне мы скажем: «Такого на паркете еще не было». По сравнению с миром мы действительно находимся на очень высоком исполнительском уровне.

— Объективно?

— Однозначно. Я вижу программы во многих странах Европы, и мы в топе. Мы создаем здесь танцы на уровне искусства, очень интересные, с точки зрения технического исполнения. Уровень очень высокий.

— Есть ли пары, о которых вы говорите, что они далеко пойдут?

— Я даю всем равные шансы. Есть кое-что, чему мы научились за эти годы: даже те, кто начинал не с самых высоких позиций, в итоге доходят до финала и удивляют. Так что заранее определять фаворитов — несправедливо по отношению к участникам. Кто-то, вероятно, начнет увереннее, но есть и те, кому нужно время... Я даю всем возможность пройти путь, улучшиться, научиться, окрепнуть — и, возможно, удивить даже в середине сезона».