Ходят ли двое вместе, не сговорившись? Цена публичной дипломатии

Одним из основополагающих правил дипломатии всегда было простое: по-настоящему важные вещи произносятся за закрытыми дверями. Соглашения создаются вдали от прожекторов, компромиссы формируются в тишине, и порой именно молчание позволяет добиться прогресса. Однако кажется, что в последние два года мы наблюдаем глубокие изменения в том, как строятся отношения между государствами в целом и между Израилем и США в частности.

С самого начала сионистского движения дипломатия была одним из центральных инструментов продвижения его целей. Такие достижения, как Декларация Бальфура, резолюция ООН о разделе Палестины и международное признание Государства Израиль, не рождались перед камерами. Порой именно секретность позволяла сторонам сблизиться, изучить возможности и выработать понимание, не будучи связанными политическим или медийным давлением.

Не случайно лидеры Израиля предпочитали вести значительную часть дипломатических контактов вдали от глаз общественности. Они понимали, что дипломатия — это не только искусство убеждения, но и искусство создания возможностей. Порой соглашение рождается именно потому, что сторонам была дана возможность изучить идеи, изменить формулировки и продвинуться вперед, не превращая событие немедленно в главный заголовок.

Однако в последние годы информация о переговорах между лидерами больше не хранится десятилетиями в архивах и даже не поступает через «высокопоставленный политический источник». Порой она публикуется почти в режиме реального времени, а иногда — из уст самих лидеров. Возможно, это неизбежная часть эпохи социальных сетей, в которой любое событие немедленно становится публичной информацией. Но у дипломатии иная логика.

Когда детали переговоров раскрываются в режиме реального времени, создается ситуация, в которой сложнее изменить направление, скорректировать курс или представить сложную позицию. Пространство для дипломатического маневра сужается. Более того, эта информация читается не только в Иерусалиме и Вашингтоне. Ее читают также в Тегеране, в Пекине, в Москве и в других столицах. Каждая деталь может стать инструментом в руках государств и сил, стремящихся адаптировать свои шаги к политике, раскрытой публично.

Здесь есть и более широкий вопрос суверенитета. Союз с США — это стратегический актив первостепенной важности, особенно в нынешний период, однако близкая дружба не означает абсолютного тождества интересов. Порой именно способность вести дискретный диалог позволяет союзникам сохранять близость на протяжении долгого времени.

Дипломатическая история Израиля учит, что часть самых важных шагов в его истории не могли бы быть осуществлены под постоянным прожектором. Так было при ранних контактах с государствами, не поддерживавшими с ним официальных отношений, так было по секретным каналам, которые созрели до мирных соглашений, и так было в случаях, когда требовалась дипломатическая гибкость для предотвращения эскалации.

Не каждая секретная беседа ведет к успеху, но почти каждый значимый дипломатический успех нуждался на каком-то этапе в защищенном пространстве тишины и секретности.

Мы находимся лишь в начале новой дипломатической реальности, в которой общественность знает больше, чем когда-либо, о том, что происходит за кулисами. Но возможно, что чем больше мы знаем, тем сильнее сужается пространство, в котором можно вести политику. И история учит, что порой величайшая сила дипломатии заключается не в публикации вещей, а в способности сохранить их вне света прожекторов.