Новая свадебная песня Ошера Коэна едва не стала трюком. Что его спасло

Два типа настроения характеризуют «Август Дамп 26», новый мини-альбом Ошера Коэна: он открывается песней «Даун» и заканчивается «Цветком», которые представляют сектор меланхолии, но в середине пластинки он поднимает настроение с помощью треков «День рождения» и «Невеста страны». Обычно Коэн преуспевает именно в грустном жанре, где ему удается соединить искренность, запоминающиеся мелодии и сильный голос — именно это сделало его неожиданной звездой израильской поп-музыки. Хит «Все воры» — лучшее тому доказательство.

Однако на этот раз произошел переворот: лидерство захватили именно «улыбающиеся» песни. Символом их изящества стало использование духовых инструментов — не самый очевидный компонент в формуле Коэна, но теперь это позитивное дополнение. Оно свидетельствует о том, что «Дамп» — это не просто рефлекс суперзвезды, которой стало скучно, а документирование творческих поисков, которыми артист делится с публикой. Ставка оправдалась: Коэну удается звучать влюбленным и счастливым, не перегружая уши избытком «радиоактивного сахара».

Разумеется, песня «Невеста страны» звучит как двойной трюк: это и новый продукт на насыщенном рынке свадебных песен, и использование интереса к его бракосочетанию с моделью Эден Пинес. Но сладкая мелодия, ретро-поп-продакшн и живой, взрывной си-парт в стиле Стиви Уандера дают вескую причину отбросить цинизм и разделить радость жениха, невесты и их бухгалтеров. «День рождения» также отлично сработал бы на мероприятии, но здесь Коэн мастерски прикрыл маркетинговое ядро качественным грувом в духе Джастина Бибера и Бруно Марса. Единственный лишний элемент — слишком затянутое гитарное соло.

Стоит отметить, что и «Даун», открывающий альбом, несмотря на депрессивный текст, музыкально не проваливается в «черные дыры» — духовые инструменты играют свою роль и там. Возможно, именно поэтому к нему сложнее открыться: разрыв между легкостью мелодии и тяжестью подачи отдаляет Коэна от его главной силы — кинематографической убедительности в описании сцен супружеской жизни. В завершающей песне «Цветок» (написанной вместе с Эденом Хасоном) баланс текста и музыки работает лучше, особенно в припеве, который мог бы оценить даже Авив Гефен.

Если до праздников больше не будет «дампов», то августовский урожай Коэна верно подводит итог году, в котором он сохранил статус на вершине поп-музыки, но при этом глубоко осознал, что значит быть одной из самых известных персон в стране: взлеты и падения, змеи и лестницы. Однажды ты попадаешь в заголовки из-за подозрений в хранении наркотиков, а потом все до единого знают, сколько роз было на твоей свадьбе (40 тысяч, для тех, кто пропустил). Следующим этапом должно стать включение более сложных сторон жизни Коэна в его песни: если «все воры», то вполне вероятно, что и сам Коэн иногда чувствует это, глядя в зеркало.