Открытый чек разорван: цена израильской нерешительности в секторе Газа | Идан Мараш
Администрация Дональда Трампа предоставила Израилю историческую поддержку и неограниченный кредит доверия для разгрома ХАМАС, однако в Иерусалиме вновь предпочли затягивание времени, частичные соглашения и бесплодную дипломатию. Теперь стала ясна цена: возвращение к той же опасной концепции.
В последние недели сектор Газа вновь стал центральной ареной в войне «Железные мечи». Главный вопрос заключается в том, каким будет будущее сектора и кто будет его определять: Израиль или США? Прежде чем искать ответы на эти сложные вопросы, нужно вернуться к началу второго срока президента Дональда Трампа.
С момента начала его каденции американская политика в отношении войны полностью изменилась. Израиль получил, по сути, «открытый чек» на выполнение всего необходимого в секторе, без ограничений и сдержек, которые были нам знакомы ранее. Именно Дональд Трамп заявил: «Если до субботы, 12:00, ХАМАС не вернет всех заложников, находящихся у него, — на них обрушатся врата ада».
Израиль, со своей стороны, настоял на том, чтобы не «использовать» этот исторический кредит. Он продолжил политику частичных сделок, которые оставляли в руках ХАМАС силу и влияние, вплоть до подписания соглашения, призванного положить конец войне — ценой освобождения террористов, что в конечном итоге привело к освобождению всех заложников. Нужно сказать честно: я ни на минуту не верил, что ХАМАС освободит всех заложников и откажется от самого дорогого «оружия», которое было у него в руках. Поэтому сам успех соглашения по освобождению всех заложников является историческим и важным достижением.
Но наряду с этим достижением, большинство сценариев ужаса, которых я опасался еще тогда, воплощаются в жизнь прямо сейчас.
Израиль соблюдает договоренности, ХАМАС продолжает играть
План «15 пунктов», о котором объявили президент Дональд Трамп и Совет мира несколько недель назад, чрезвычайно важен. Однако на практике возникла очень проблемная ситуация: Израиль выполняет свои обязательства в рамках договоренностей, прекратил точечные ликвидации и инициативные атаки, в то время как ХАМАС продолжает создавать препятствия и играть в игры.
ХАМАС требует израильского отступления с контролируемых территорий до своего разоружения, говорит о «складировании оружия» вместо полной демилитаризации и даже поднимает возможность передачи оружия палестинской структуре внутри сектора. Если эти требования будут приняты, ХАМАС останется, по сути, сувереном в Газе. Премьер-министр Биньямин Нетаниягу заявил на прошлой неделе, что Израиль отвергает документ из 15 пунктов и что не будет никакого отступления до полной ликвидации и демилитаризации ХАМАС и сектора. Но между заявлениями и реальностью на местах существует тревожный разрыв.
Несколько дней назад боевики ХАМАС проникли в зону «желтой линии» и похитили вооружение ЦАХАЛ. Нашим силам не разрешили их нейтрализовать, и, если этого недостаточно, Южный военный округ решил скрыть информацию об инциденте от высшего командования и политического эшелона. Подобное поведение в секторе — это именно тот тип действий, который привел к резне 7 октября.
Цена нерешительности
Весь вопрос «Совета мира» является, в значительной степени, результатом израильской нерешительности в вопросе будущего сектора Газа. Уже в первые месяцы боевых действий политический эшелон должен был четко заявить: мы вводим временную израильскую военную администрацию в секторе до тех пор, пока ХАМАС не будет ликвидирован силой и не будет обеспечено, что ХАМАС больше не будет представлять угрозу для Израиля. Такой шаг мог бы предотвратить значительную часть международного «цирка», который мы наблюдаем сегодня, и ту высокую цену, которую мы за него платим.
Государство, вступающее в войну, должно знать, как ее выиграть. Оно не может доверять свое будущее бесконечной череде соглашений, посредников, комитетов и международных советов, когда противостоящий ему враг все еще обладает военной силой и способностью угрожать ему.
А что случилось с планом эмиграции?
Еще один вопрос, который необходимо затронуть, — это полный провал в продвижении плана добровольной эмиграции жителей Газы. Дональд Трамп много говорил о добровольной эмиграции и строительстве «Ривьеры» в Газе. Израиль, напротив, в то время сделал недостаточно, чтобы помочь американцам реализовать этот амбициозный план.
Премьер-министр снова и снова утверждает, что нет страны, готовой принять жителей Газы. Возможно, это правда. Но позвольте мне представить другой вариант. Если бы премьер-министр действительно хотел продвинуть этот план, он должен был бы оказать давление на страны, находящиеся в хороших отношениях с Израилем, чтобы они открыли свои двери для жителей Газы, а взамен предложить им политические, экономические или иные выгоды.
Разве нельзя было, например, потребовать от Сомалиленда, в обмен на историческое признание его Израилем, открыть свои двери для нескольких тысяч жителей Газы? Когда премьер-министр хочет чего-то добиться на международной арене, он обычно знает, как это сделать. Я убежден, что если бы этот план был в приоритете, можно было бы найти способы преодолеть значительную часть препятствий.
Газа — это не предрешенная судьба
Газа — это не предрешенная судьба. Это враждебная территория, и мы обязаны устранить исходящую от нее угрозу. Такая победа не будет достигнута соглашениями, дипломатией в костюмах и документами о принципах. Она будет достигнута только силой, решимостью и твердостью. ХАМАС должен заплатить высокую стратегическую цену за 7 октября, и на данный момент этого просто не происходит. Пришло время опомниться. Мы сыты по горло иллюзиями безопасности и мира. Мы требуем безопасности. Полной.
