Мечта в мягкой обложке: Айя Корем о своей первой книге

Простите на секунду, но прежде чем я начну изливать здесь душу по поводу своей мечты, о том, как я всю жизнь ждала её осуществления и как это потрясающе, что это наконец-то произошло, мне важно сделать небольшой дисклеймер: вся концепция «мечтаний» кажется мне очень в духе поколения Z. Очень в духе 19-летних девочек, мечтающих стать знаменитыми, или 22-летних тиктокеров, грезящих о богатстве. Что значит «мечты»? Что я, Нинет в финале «Кохав Нолад»?

Воспитание, которое я получила дома, стояло на двух толстых ногах «украинской маслобойщицы»: молчать и говорить спасибо. Есть те, кто скажет, что это противоположные вещи, но они, по всей видимости, не из нашей общины.

В Нацрат-Илите 80-х годов ты мог мечтать максимум о джинсах Levi's 505 или о том, чтобы вожатый в скаутах («Цофим») наконец-то тебя заметил. В девятом классе я украла у мамы деньги из кошелька и купила те самые Levi's. На следующий день самая популярная девочка в классе сказала мне: «Вау, Айя, я не знала, что ты такая худая». Это стоило чувства вины.

В десятом классе я поцеловалась с вожатым, и так, слишком быстро, я исчерпала запас мечтаний, которые были в пределах досягаемости. «Певцами» были люди гораздо красивее меня, а «писателями» — люди гораздо умнее, которые уже прочитали все книги и поэтому у них не было выбора, кроме как писать новые самим.

Не прыжок с парашютом

Когда редактор попросила меня написать о «мечте, которую я хочу осуществить», я знала, что это не прыжок с парашютом и не готовка с Хаимом Коэном. Единственной настоящей мечтой, которую я еще не осуществила, было выпустить книгу, и мой дебют как раз был на пути в печать.

Её электронное письмо застало меня посреди снежной бури на озере Тахо. Я проснулась в самой романтичной хижине, которую вы когда-либо видели, по будильнику в 5:00 утра, чтобы ответить на все истерические письма из издательства по израильскому времени и решить: хотим ли мы на обложку моё фото, где я закатываю глаза, потому что это более характерно, или моё обычное красивое фото, потому что это более представительно.

С тех пор книга уже успела выйти, и кто-то изменил данные обо мне в Википедии на «певица и писательница». Это странно и очень радостно. Я уже получала фотографии незнакомых людей, держащих её в руках. Несколько человек успели спросить, когда выйдет следующая. Это моя первая книга. Настоящая, со страницами и всем прочим. В отличие от музыки, где у меня всегда есть партнеры, эту я написала совершенно одна. Я написала, черт возьми, книгу! Признайте, это впечатляет.

Еще одна проигранная битва

P.S. К сожалению, список людей, которых мне важно впечатлить, был составлен где-то в 2001 году, и в него входят:

Парень, который разбил мне сердце в армии. По моему мнению, он пошел учиться на инженера промышленного управления в Хайфском университете. Речь идет о пяти самых скучных словах из когда-либо написанных, так что можно предположить, что я уже впечатлила его своей обложкой в «Пнай Плюс» в феврале 2017 года.
Мой старший брат. Заранее обречено на провал, так как он вечно будет считать меня идиоткой.
Моя старшая дочь. Еще одна проигранная битва. В одной из сцен фильма о Юдит Равиц её дочь сидит на заднем сиденье и поливает грязью песни мамы, слушая при этом «Barbie Girl» группы Aqua. Что и требовалось доказать.
Директор школы, который сказал, что из меня ничего не выйдет. Впрочем, я не уверена, что книга о впечатлениях от распродажи в IKEA или видео, где я крашусь, убедят его в обратном.
Мои родители. Если мне нужно сделать ставку, они, вероятно, очень мной восхищаются, но лишены всякой способности это выразить. Когда люди встречают моего папу и просят передать мне комплименты, он передает всю информацию, только без самих слов похвалы, чтобы «мне не вскружило голову». Чтобы впечатлить мою маму, потребуется гораздо больше, чем просто книга. Мы говорим о расшифровке генома человека или о Премии Израиля, конечно, не в любой области. Еврейская мысль? Ну, в самом деле.