«Мы съедим всё дерьмо»: как канцелярия премьер-министра пыталась исказить результаты атаки на Фордо
В этой войне есть один верный проигравший — правда. От ученых Комиссии по атомной энергии, подписавших отчет о якобы уничтоженном ядерном проекте, до офицеров ЦАХАЛа, продавших общественности миф об отсутствии у Ирана ведущих специалистов: высокопоставленные лица в системе безопасности стали игроками в политических операциях влияния, что несет огромную опасность для страны.
Операция «Отбеливание»
Друзья, немного помощи «рыжему» с Пенсильвания-авеню. Утро 25 июня прошлого года. За закрытой дверью кабинета высокопоставленного лица в израильском разведывательном сообществе слышны громкие крики. Это произошло через несколько часов после того, как первый 12-дневный раунд ударов по Ирану внезапно завершился по решению президента США. Израильская и американская общественность были в замешательстве. Биньямин Нетаниягу и Дональд Трамп поспешили украсить себя перьями «блестящей и исторической победы».
Нетаниягу объявил, что две экзистенциальные угрозы — ядерная программа и баллистические ракеты — устранены на многие поколения. Это произошло после того, как Иран получил мощный удар сначала от Израиля, а затем от американских бомбардировщиков, сбросивших «мать всех бомб» на укрепленные объекты. Многие в Израиле поверили, что круг, начавшийся 7 октября, замкнулся: Израиль победил «Хезболлу», а теперь и Иран, чей ядерный проект был уничтожен.
Первым, кто использовал термин «уничтожение», был не Нетаниягу, а президент Трамп. Еще до того, как американские бомбардировщики вернулись на базы, и уж точно до получения достаточных данных для анализа оценки ущерба (BDA), он заявил на пресс-конференции:
«Некоторое время назад армия США нанесла точные и масштабные удары по трем ключевым ядерным объектам иранского режима: Фордо, Натанз и Исфахан... Сегодня ночью я могу сообщить миру, что удары стали грандиозным военным успехом... Ключевые объекты по обогащению ядерного топлива в Иране были полностью и окончательно уничтожены.»
Была лишь одна маленькая проблема в этом заявлении: оно было просто неверным. Атакованные объекты действительно пострадали, но ни один разведчик с рациональным мышлением не считал, что на этом история иранской ядерной программы завершена «на многие поколения».
Давление на профессионалов
Всего через два дня после заявления Трампа газета «Нью-Йорк таймс» опубликовала внутренний отчет разведки Пентагона. Отчет в неловкой форме противоречил версии президента, установив, что ущерб от бомбардировок объектов в Фордо, Натанзе и Исфахане далек от окончательного и абсолютного. Гнев в Белом доме был мгновенным и театральным. Трамп пригрозил иском о клевете, а затем — арестом журналистов, если они не раскроют источники.
Одновременно в Белом доме пытались представить доказательства, которые опровергли бы отчет Пентагона, желательно от неамериканского источника, воспринимаемого как авторитет. Неясно, кто инициировал обращение, но в канцелярии премьер-министра немедленно мобилизовались и оказали сильное давление на структуры в системе безопасности, ЦАХАЛ и разведывательное сообщество, чтобы те подтвердили: объекты уничтожены.
Тогда и начался разговор на повышенных тонах в кабинете высокопоставленного лица:
«Нет никакой возможности, что я подпишу это, — сказал чиновник своему начальнику. — Мы все благодарны нашему другу с Пенсильвания-авеню, но меня не интересует, что политический эшелон хочет сделать ему приятное. Если однажды правда раскроется, а она раскроется, никакой эшелон нас не защитит, и в итоге мы съедим всё дерьмо. Если они хотят жить в фантазиях и брать с собой мир на прогулку — это их проблемы, но мы обязаны сохранять нашу этику.»
В АМАНе, который был травмирован 7 октября и понимает, что доверие общественности к нему хрупкое, отказались подписывать документ. В канцелярии нашли другой орган. Тем, кто пришел на помощь, стал бригадный генерал (в отставке) Моше Эдри, генеральный директор Комиссии по атомной энергии. Эдри созвал совещание, но даже там главный ученый комиссии заявил, что документ «как минимум значительно искажен».
Политическая химия
В итоге был найден компромисс: документ гласил, что удары «отбросили назад способность Ирана разрабатывать ядерное оружие на многие годы». Однако в последнем предложении, добавленном под давлением ученых, было написано: «это достижение сохранится, если Иран не получит доступ к ядерному материалу». Что, конечно, противоречит всему, что было сказано ранее, так как у них уже давно есть доступ к расщепляющемуся материалу.
Ученые знали острую правду: пока 440 килограммов расщепляющегося материала, позволяющего произвести около 11 атомных бомб, остаются в руках иранцев — нельзя сказать, что ядерный проект уничтожен. Это был тот «верблюд», которого ученые смогли протащить, чтобы те, кому нужно понять — поняли. Но не слишком многие поняли.
Внешне документ сделал свою работу: на следующий день он появился в Белом доме и был продан нескольким приближенным журналистам. Слова Трампа и Нетаниягу получили профессиональное подтверждение. Общественность получила уверенность, ведь кто читает последнее предложение мелким шрифтом в конце? А ученые комиссии получили свое примечание об оговорке. Это, возможно, не совсем ядерная физика, но это определенно политическая химия. Только вот эти соединения могут взорваться в лицах всех нас.
