Мы сыты по горло богами войны

Бурекас. Мама говорит, что Бог сидит рядом с нами. Вот здесь, она указывает на свободный стул за нашим столиком в кафе «Ролдин». И там тоже, указывает на столик справа: там сидит один, ест бурекас, а рядом — мотоциклетный шлем. Весь в крошках. И здесь, мама указывает на дальний столик, где смеются несколько девушек. И там, и там, и там. «Много богов», — говорю я. «Он здесь, чтобы убедиться, что мы используем дар, который нам дан, и реализуем себя, — говорит мама. — Иначе он будет знать, что не выполнил свою работу». «Хорошо, Бог занимается самоанализом», — говорю я. «Куда мне до этого, — отвечает мама, — но, возможно, и он отчитывается перед кем-то». «Трамп и Нетаниягу», — бормочу я. Нет, это суперспособность — сводить любой разговор к политике. Мы все стали в этом экспертами. «Верно, — смеется мама, — нас благословили еще двумя богами. Тайфунами». Итак, оригинальный Бог принимает близко к сердцу каждую душу, но два самопровозглашенных бога, из Америки и из Израиля, меньше волнуются из-за тайфунов, которые они вызвали. Самоанализ, как мы узнали, — для простых людей. Если ты достаточно велик, ты освобожден. Ты можешь скрывать следственные комиссии, разрушенные части страны, даже реальность, которая не соответствует истории, которую ты рассказываешь. Небо — предел.

Но мы, народ, после почти трех лет, в течение которых мы платим по всему спектру цен и погружены во все фронты, не имеем иного выбора, кроме как попытаться понять, какова наша доля в происходящем. В какой момент мы потеряли контроль над своей судьбой? Выяснить, например, честно, куда нас привело желание отомстить — то, которое естественно проснулось в утро катастрофы и было раздуто до трагедии. Рядом с нами не было мудрого человека, который обнял бы и сказал: «Решения не принимаются из бури в животе». Как нет сегодня мудреца, который сказал бы: «Мы достаточно воевали, мы достаточно ненавидели, давайте двигаться дальше». Все наоборот. Наша боль была использована. Вместо целей войны мы получили фантазии. ХАМАС, «Хезболла», уничтожим, искореним, «народ как лев». А мы, одурманенные, вдыхали слова хвастовства. Мы убедили себя, что мы Дон Кихоты. Что здесь происходит мессианско-библейское событие. Какая страна бомбит переговорную группу в Катаре? Или отстраняется от переговоров о прекращении войны, которую сама начала? С каких пор мы терпим неудачи в войнах? Из «самых умных в комнате» мы превратились в самых изолированных. Из «света для народов» мы превратились в подобие России, где война бессмысленна. Страдания врагов мы превратили в самоцель.

И в конце: перед лицом лидера, который каждую войну заканчивал новой войной, мы не вышли на улицы. Мы устали. Мы боялись. Мы согнулись. Мы стали лишены сострадания. Мы упивались ликвидациями. Мы сдались. Да, мы смирились. По радио, в восемь утра, дали — как говорили раньше — прогноз погоды для Тель-Авива. И Ливана. И Газы. Кому из нас это кажется странным?

А сейчас в «Ролдин» Бог ходит между столиками, между тем, что с бурекасом, и девушками, которые смеются, умоляет, убеждает, дергает за рукава — чтобы мы реализовали себя как личности, а также как страна. Это ведь задача народа Израиля. Через трудности мы призваны очиститься, обнаружить внутренний свет и попутно пробудить человечество. Бог не отказывается от нас. Иначе, как говорит мама, он не выполняет свою работу. Но и мы должны встать. Не соглашаться с тем, чтобы война стала фоновым гулом. Не смиряться с рутиной прогноза погоды из Ливана. И, прежде всего, меньше верить подражателям Бога вокруг нас.

Как обычно в нашей истории. И увидел Нетаниягу все, что сделал, и завершились небо и земля и все воинство их — то есть кроме вопроса о народной армии — и фронты, как песок на берегу моря, и гул БПЛА, пока не поднимут народ, который усыпили.