«Не думай, что мы тебя не ищем»: песня, которая не дает забыть об Эйменот Касау

Прошло 838 дней с тех пор, как Эйменот Касау исчезла из центра абсорбции в Цфате в возрасте девяти лет. Сегодня ей уже одиннадцать, и у нее появилась младшая сестра, с которой она еще не успела познакомиться. В этом деле по-прежнему нет ни одной зацепки, полицейское расследование зашло в тупик, а крик ребенка не находит отклика у лиц, принимающих решения.

Из глубокого потрясения и тяжелых, множащихся вопросов рэперы Авери Джи и Орит Ташума недавно выпустили песню, которая призывает к действию. Она не жалеет критики ни для кого: ни для властей, ни для политиков, ни для СМИ, ни для тех, кто называет себя инфлюенсерами, но занят лишь продажей промокодов.

«Мы давно чувствуем, что это чрезвычайная ситуация и что мы не можем позволить себе ждать», — говорит Авери Джи (Авери Цафнат). По его словам, песня родилась в дни полной неопределенности. «Я начал работать над ней полгода назад в рамках своей деятельности в "Бейт ха-Наар", учреждении, которое служит альтернативой задержанию для подростков. Я преподавал там рэп и музыкальное продюсирование в течение шести лет. Однажды я спросил одного из учеников, Касахуна Кумию, что у него на душе. Он признался, что не может спать по ночам из-за мыслей об Эйменот. Я предложил ему написать об этом песню».

Они подготовили черновой набросок, написали слова для первого куплета и припева. В тот же день, по иронии судьбы, стало известно о задержании подозреваемого в похищении Эйменот. «Мы оба были в экстазе, — вспоминает Авери. — Но месяцы шли, а девочки все еще нет». Позже к работе над треком он привлек Орит Ташуму, чей стиль, сочетающий spoken word, рэп и поэзию, идеально подходил для такой темы.

«Я пыталась думать обо всех историях, которые я знаю о похищенных детях, — рассказывает Орит Ташума. — Я помню случай из 60-х годов с мальчиком Йоселе Шумахером, которого удалось вернуть в страну. Тогда я сказала себе: если в те дни это было возможно, то можно вернуть Эйменот и сегодня. Прошло уже более двух лет, а вопросы остаются прежними: как это логично, что страна, подобная нашей, прогрессивная и изощренная, не может добраться до одного ребенка?»

Песня вышла при поддержке семьи Касау. Ее цель — оказать общественное давление и потребовать ответов от ответственных органов: правительства, Еврейского агентства (Сохнут), которому принадлежит центр абсорбции, полиции и охранной компании. За день до релиза стало известно, что Министерство алии и интеграции выделит около 400 тысяч шекелей на финансирование кампании по повышению осведомленности об исчезновении Эйменот.

«Я действительно чувствую, что еще не слишком поздно, — говорит Орит. — Я надеюсь, что ее найдут, но также и что мы научимся просыпаться вовремя».

На вопрос о том, почему эта история не получает должного резонанса, Орит отвечает прямо: «Ты пытаешься понять, почему это не находит отклика у каждого человека. Вероятно, если бы она выглядела иначе, ситуация была бы иной». Авери добавляет: «Важно, чтобы люди помнили: у них есть значимая платформа. Каждый человек — как маленькая антенна. Я приглашаю коллег из всех сфер использовать свои ресурсы, чтобы оказать давление на власти».

Ташума проводит параллель между борьбой за возвращение Аверы Менгисту и делом Эйменот: «Если бы статус Эйменот изменился с "пропавшей без вести" на "похищенную", дела двигались бы гораздо быстрее, и не только полиция была бы в курсе. Семья требовала участия Шабака».

На вопрос, верит ли она в силу музыки менять реальность, Орит отвечает: «Я выросла на музыке, вся суть которой заключалась в том, чтобы укрепить себя перед лицом системы. Артисты творят, потому что верят, что могут изменить мир хотя бы со своего места через слова и звуки».

Песня «Эйменот», что в переводе с амхарского означает «вера», заканчивается болезненной, но исполненной надежды записью матери девочки, Банчи Касау:

«Не думай, что мы тебя не ищем. Мы переворачиваем каждый камень, чтобы найти тебя».