Не ракеты и не ядерная программа: истинный источник силы Ирана
Исламская Республика превратилась в «государство-сеть», и США с Израилем также несут в этом вину. Сверхзадача режима — выживание, ради которой он протянул свои щупальца даже в Европу. Тем не менее, существует решение, способное нанести смертельный удар по аятоллам.
Почему Иран не рухнул перед лицом беспрецедентной военной кампании, которую вели против него США и Израиль? Этот центральный вопрос должен стоять перед нами при рассмотрении любой будущей стратегии в отношении Исламской Республики. Глубокий анализ её развития показывает, что за последнее десятилетие Тегеран претерпел значительные изменения. Вместо того чтобы полагаться преимущественно на прямую военную силу или прокси-организации, он построил сложную глобальную систему, призванную обеспечить выживание режима, расширить его региональное влияние и снизить уязвимость перед внешним давлением.
Эту систему можно определить как «государство-сеть» — сочетание военной силы, финансовых механизмов, логистической инфраструктуры, разведывательной деятельности и международных сетей влияния. Одной из главных ошибок в наших рабочих гипотезах было убеждение, что сверхзадачей иранской стратегии является создание ядерной бомбы и уничтожение Израиля. На практике же главная цель — обеспечение выживания исламского режима. Для этого Иран годами выстраивал «ось сопротивления», включающую «Хезболлу» в Ливане, ХАМАС и «Исламский джихад» в секторе Газа, хуситов в Йемене, а также шиитские ополчения в Ираке и Сирии.
Наряду с военным измерением, Иран разработал альтернативную экономическую систему, призванную обойти режим международных санкций. С помощью подставных компаний, сетей обмена валюты, частных торговцев нефтью, бартерных схем и финансовых центров в Турции, ОАЭ и странах Восточной Азии Тегерану удалось сохранить значительную часть своей экономической активности. В последние годы к этому добавилась масштабная деятельность в сфере цифровых валют и криптоактивов, позволяющая переводить средства и скрывать личности субъектов, вовлеченных в чувствительные финансовые операции.
Третий компонент, развитый Ираном, — это интеграция государственной деятельности с сетями организованной преступности. Тегеран использует контрабандистов, торговцев золотом, сети по отмыванию денег и криминальные структуры для перевода средств, оборудования и технологий, а также для осуществления террористических атак. Это сочетание придает режиму оперативную гибкость и затрудняет прямое возложение ответственности на руководство в Тегеране.
Европа также стала центральной ареной иранской деятельности. Наряду с усилиями по сбору разведданных и слежке за противниками режима, Иран работал над созданием экономической инфраструктуры и влияния через компании, общественные организации, объекты недвижимости и деловые сети, а также через методы «инженерии сознания». Эта деятельность была направлена на создание долгосрочных рычагов влияния и закрепление присутствия, которое сможет служить интересам режима в будущем. Эти сферы почти не получали внимания со стороны Израиля и США, что в конечном итоге привело к уникальной живучести режима и провалу идеи о его свержении.
Теперь к инструментам, созданным Ираном, добавились два дополнительных стратегических элемента: рычаг давления на страны Персидского залива, ставший для них экзистенциальной угрозой, а также экономико-стратегический рычаг в виде контроля над Ормузским проливом.
Возникает вопрос: что произойдет, если санкции будут сняты? С точки зрения иранского режима, это не изменит его мировоззрение, но фактически усилит возможности. Рост доходов от нефти, возвращение в международную банковскую систему и расширение иностранных инвестиций могут влить значительные ресурсы в государственную казну. Эти средства будут использованы для укрепления аппарата безопасности, восстановления региональных филиалов и расширения глобального влияния.
Поэтому иранская угроза измеряется уже не только количеством ракет или БПЛА, находящихся в руках режима, или его продвижением к ядерному оружию. Мощь Ирана сегодня проистекает из его способности строить международную сеть денег, логистики, разведки и влияния. Понимание характера иранского «государства-сети» является необходимым условием для формирования эффективной политики противодействия.
Перед лицом этой стратегии борьба с Ираном не может ограничиваться только военными действиями. Требуется многосистемное сочетание инструментов из различных сфер: разведки, киберпространства, финансовой войны, юридических мер и дипломатии. Эта кампания должна разрушить весь комплекс системы, обеспечивающей выживание режима — и это в реальности, когда Израиль почти в одиночку ведет эту сложную борьбу.
Автор занимался вопросами борьбы с экономическим терроризмом в «Моссаде». Сегодня — старший научный сотрудник Иерусалимского института стратегии и безопасности.
