Нетаниягу боится поражения больше, чем стремится к победе

За несколько месяцев до выборов и в условиях хаотичной реальности возникает вопрос: что делает Биньямин Нетаниягу? Все пытаются разгадать логику человека, который годами считался одним из самых изощренных политиков Израиля. Его настойчивость в сохранении союза с ультраортодоксами по вопросу призыва вызывает недоумение. На первый взгляд, это не тот шаг, который напрашивается с электоральной точки зрения. Нетаниягу прекрасно понимает, что даже внутри правого лагеря значительная часть общества не принимает лозунги «умрем, но не призовемся» и не поддерживает освобождение от службы.

Так в чем же логика? Возможно, объяснение кроется в том, что приоритеты премьер-министра изменились. В последние недели кажется, что он действует не как лидер, стремящийся выиграть следующие выборы, а как политик, пытающийся сформировать условия того, что произойдет после них. Союз с ультраортодоксами — лишь часть этой стратегии.

Не менее важно обратить внимание на характер продвигаемых им инициатив: Основной закон об изучении Торы, создание негосударственной следственной комиссии, разделение должности юридического советника правительства и шаги в отношении СМИ. Эти законы не направлены на снижение стоимости жизни, восстановление Севера или расширение общественной поддержки. Их общий знаменатель иной: все они касаются центров власти, контроля и ответственности. Речь идет о том, кто будет обладать полномочиями, кто будет проводить расследования, кто будет контролировать ситуацию и формировать нарратив последних — а возможно, и будущих — лет.

В психологии принятия решений существует известное понятие: неприятие потерь (Loss Aversion). Люди боятся потерь больше, чем стремятся к прибыли. Когда они чувствуют, что приближается значительная потеря, они склонны переходить из режима созидания в режим обороны. Вместо вопроса «как мне расширить поддержку?» они начинают спрашивать: «как мне защитить то, что у меня осталось?».

Сохранение блока

Через эту призму становится понятной настойчивость в сохранении коалиционного блока любой ценой. Ультраортодоксы — это не просто партнеры, они могут стать центральным компонентом системы власти «дня после». Если выборы закончатся поражением, сплоченный политический блок станет самым важным активом, который останется у премьера.

Однако у неприятия потерь есть своя цена. Исследования показывают, что, действуя из страха, люди склонны идти на неоправданные риски, чтобы предотвратить поражение. Иными словами, когда перестают играть ради победы и начинают играть, чтобы не проиграть, принимаются решения, которые раньше были бы немыслимы.

Если принять это объяснение, стоит взглянуть не только на союз с ультраортодоксами, но и на другие решения последних месяцев. Нужно спросить себя: отражают ли они попытку расширить общественную поддержку или, главным образом, стремление обеспечить контроль над центрами власти даже в случае политических перемен? Если это действительно тот образ мышления, который определяет принятие решений, вопрос заключается не только в политическом значении этих шагов, но и в их последствиях для безопасности государства, стабильности институтов и общественного доверия.

И остается один открытый вопрос: если таковы шаги, предпринятые до сих пор, что еще ждет нас в ближайшие месяцы?

Автор — медийная персона, докторант в области управления и политики в Еврейском университете.