Ни Иран, ни Биби: вот истинная причина, по которой израильтяне летают за границу | Нир Кипнис

Нет в мире другого народа, который любил бы путешествовать так, как израильтяне. Иногда это выглядит смешно, на грани гротеска: ситуация с Ираном накаляется, президент США угрожает «войной из ада», иранцы обещают стрелять в ответ (в том числе) по Израилю, и... давайте перейдем в прямой эфир к нашему корреспонденту в аэропорту имени Бен-Гуриона для беседы с израильтянами, которые боятся, что их рейс на отдых не вылетит вовремя! Признайтесь, это абсурдно.

У этой ситуации есть много причин, которые мы обычно склонны относить к психологической сфере: разговоры о «разрядке», о потребности успокоиться и о многих других вещах, которые, безусловно, важны, но были бы невозможны без финансового аспекта.

Интересно рассмотреть отношения любви-ненависти, которые мы ведем как с Государством Израиль, так и с большим миром, не через призму безопасности, «Шалом ахшав» или «потом», «за Биби — против Биби», равенства в бремени или растущего антисемитизма в странах, которые когда-то считались дружественными, а через шекель в кармане. Скоро мы вернемся в зал вылета, но сначала — быстрый досмотр в виде чувства разочарования, растущего именно среди многих израильтян того типа, который «может себе позволить».

Я считаю себя «флекситарианцем»: я не вегетарианец, но стремлюсь максимально сократить потребление мяса из соображений гуманного отношения к животным. Я не буду сейчас углубляться в философский аспект, а лишь добавлю, что для меня мясо — это не еда, а состояние души. Поэтому, когда инстинкт берет верх, я направляюсь в один из моих любимых ресторанов из моей «плотоядной» эпохи и вонзаю зубы в кровавый антрекот или сочный гамбургер.

Кусок и убыток

Так случилось, что в субботу мы принимали пару друзей, которые едят почти только мясо, как принято у тех, кто придерживается кетогенной диеты («кето»), поэтому я решил подать ростбиф. Для этого я заскочил к мяснику, чтобы купить хороший кусок филе.

После созерцания витрины мне нашли великолепный кусок весом два килограмма. Немного больше, чем я хотел, но кусок был так хорош, что я не хотел нарушать его целостность. Цена слегка повергла меня в шок: 215 шекелей за килограмм, то есть 430 за выбранный кусок. Я знаю, что за хорошее сырье нужно платить — и как «фуди» я обычно готов нести дополнительные расходы — но 430 шекелей за кусок в два килограмма? О боже...

Мы сидели за столом, пили хорошее вино, ели салаты, которые я приготовил, и холодное мясо, привезенное из долгой поездки в Мадрид. Друзья рассказали о своих делах за недели, прошедшие с нашей последней встречи. Это пара, которая любит поесть и выпить — они ходят в рестораны, развлекаются и платят, но в последнее время это времяпрепровождение сопровождается растущим чувством горечи при получении счета: возникает ощущение, что некоторые рестораторы отчаялись расширить круг своих клиентов и перешли от маркетинга к завышению цен, пытаясь выжать больше именно из своих лояльных клиентов.

Если это звучит как разговор привилегированных, я не буду пытаться отвергнуть это утверждение с порога. Да, мы любим развлекаться, есть и пить, и, конечно, понимаем, что дороговизна жизни не обходит стороной и рестораторов. Но есть разница между умеренным повышением цен в результате удорожания сырья, зарплат и аренды, и тем фактом, что во многих ресторанах счет в тысячу шекелей на пару — это уже не исключительное событие.

Аттракцион в супермаркете

Как все это стекается в терминал аэропорта Бен-Гурион? Очень просто: мы стремимся за границу не только чтобы увидеть захватывающие дух пейзажи, классическую архитектуру и музеи, но и — а может быть, прежде всего — чтобы почувствовать себя «ларджами» (щедрыми), не чувствуя себя при этом «фраерами» (лохами).

Естественно, я сосредоточился на близкой мне сфере кулинарии, но это применимо и к шопингу: одежда, косметика, туалетные принадлежности и, по сути, почти любая сфера. Не зря эпоха AIR B&B, которая перевела многих из нас с проживания в отелях на пребывание в апартаментах, стала такой, в которой к нашему опыту добавились покупки в супермаркете.

Прогулка по обычному супермаркету в Европе или Северной Америке, даже в странах, которые считаются относительно дорогими, вызывает восхищение не только выбором и разнообразием, но прежде всего ценами. Раньше из-за границы возвращались с шоколадом Toblerone и духами Paco Rabanne, сегодня есть те, кто возвращается с тележкой, полной продуктов из супермаркета.

Моя предыдущая колонка была посвящена жизнелюбию израильтян, тому факту, что мы любим быть (и чувствовать себя!) «ларджами». Что ж, посещение почти любой страны мира — это идеальное сочетание желания быть «ларджами» — предпочтительное чувство для израильтян, и нежелания быть «фраерами», того, что израильтяне ненавидят больше всего.

В Израиле трудно быть «ларджем», не став «фраером», потому что «быть фраером» не обязательно означает заплатить 250 шекелей (более 70 евро!) за бутылку вина в ресторане, а заплатить эту сумму за вино, которое, как вы знаете, стоит ресторану 50 шекелей. Даже если вы добавите к оптовой цене бутылки относительную стоимость содержания места и персонала, вы обнаружите, что ресторан получит разумную прибыль, даже если возьмет за него 100 шекелей. Кто-нибудь встречал в последнее время вино по такой цене в ресторане в Тель-Авиве?

Так что верно, если вы настоящий «фуди», у вас нет другого выбора. Вы утешаете себя тем, что у вас нет пристрастия к недвижимости или коллекционным автомобилям, стиснув зубы, открываете кошелек и возвращаетесь домой со смешанными чувствами: да, было вкусно — но какой ценой? Если хотите, больше, чем любой другой мотив, именно это толкает граждан маленькой страны, окруженной врагами, но с сильной валютой и средней зарплатой около 4300 евро в месяц (около 15 000 шекелей), уезжать в отпуск всякий раз, когда это возможно.

Отдых и разрядка от новостных сводок — это отличный бонус, но то, что толкает нас в аэропорт Бен-Гурион и оттуда по всему миру, — это прежде всего тот факт, что, когда мы опираемся на наш сильный шекель, мы чувствуем себя выше, как в сантиметрах, так и в валюте.