Охота за прошлым: почему коллекционирование израильского винтажа стало страстью тысяч
Рынок исторических предметов, связанных с первыми десятилетиями Израиля, переживает настоящий бум. На фоне нынешних кризисов коллекционеры находят в старых вещах — от автобусных билетов до уличных указателей — не только ностальгическое утешение, но и важный якорь, связывающий их с корнями.
Рынок коллекционирования «Исраэлианы» — предметов, связанных с первыми годами существования государства, — переживает настоящий расцвет. В социальных сетях процветают крупные сообщества, а цены на редкие артефакты варьируются от десятков шекелей до тысяч долларов. Ведущие коллекционеры рассказали «Глобс» о своих собраниях и о самом процессе поиска, объяснив, что именно на фоне войны и кризисов повседневные предметы прошлого обретают глубокий смысл: они становятся идентификационным якорем, связью с корнями и ностальгическим утешением, позволяющим представить лучшее будущее.
В последние годы интерес к израильским историческим предметам стремительно растет. Группы в социальных сетях, насчитывающие тысячи участников, посвящены обмену, продаже и документированию ностальгических объектов: от местной керамики и кукол до газетных выпусков и красных почтовых ящиков «Почты Израиля». Диапазон цен широк: от нескольких десятков шекелей за простые предметы, такие как керамический стакан «Эль Аль», до сотен долларов за редкие копилки или «Игру победы» — своего рода «Монополию», основанную на событиях Шестидневной войны, которая недавно была продана в Facebook за 1243 шекеля.
Происходит ли это пробуждение именно на фоне тяжелых лет, которые переживает страна? Коллекционеры единогласно отвечают: «Да». Понятие «ностальгия» таит в себе возвращение домой («ностос») и боль («алгос»). По их словам, эти невинные винтажные предметы в тени войны обретают новый смысл, давая силы воображать лучшее будущее.
Шоколад и сигареты
Ави Дольман (62 года) из центра страны, ветеран-коллекционер «Исраэлианы», чье собрание насчитывает десятки тысяч предметов, начал развивать это хобби еще ребенком. «Я собираю продукцию Израиля и еврейской промышленности с начала прошлого века до семидесятых годов. Это предметы повседневного быта, которыми пользовались наши отцы и деды: посуда, шоколад, сигареты, игрушки, транспорт, связь».
Дольман объясняет свой интерес: «Раньше всё выглядело невинным, красочным и наивным, по-настоящему израильским и сионистским. В моей коллекции около 20 тысяч предметов, среди которых коробки, бумажные изделия, автобусные билеты и рекламные объявления». Он описывает свое увлечение как одержимость: «У меня две основные коллекции — шоколад и сладости, а также пачки сигарет с красивыми сионистскими посланиями. Тогда каждый ходил с пачкой сигарет».
«Не продам ни за какую цену»
У Хади Ора (69 лет) есть музей в Рамат-Гане, где представлены предметы «Исраэлианы». Его коллекция, оцениваемая в десятки тысяч единиц, базируется на предметах компании «Эль Аль» первых лет существования государства.
«Я собираю предметы "Эль Аль", потому что эта компания прошла через всю историю государства. Первый полет был совершен, чтобы привезти президента Вейцмана из Женевы. Взяли самолет ВВС, покрасили в белый цвет, а министр транспорта нашел стих в Танахе и вывел название "Эль Аль". У меня в коллекции есть фотографии с того самого полета», — рассказывает Ор. «Святой Грааль» в его собрании — полетная книга Эйхмана в Израиль. «Это самый ценный предмет для меня, в том числе с экономической точки зрения. За него можно назвать любую цену, но я не продам его ни при каких обстоятельствах».
Знак с пулевым отверстием
Йедидья Иш Шалом (35 лет) из Тель-Авива владеет уникальной коллекцией уличных указателей — от периода мандата до девяностых годов. «Эти предметы в моих глазах подобны мебели или репрезентациям культуры. Знаки, которые я собираю, муниципалитеты решили снять и заменить, но, на мой взгляд, жаль — это придает характер месту. Как в Лондоне не убирают телефонные будки, так и они представляют культуру».
По его словам, достать такие знаки сегодня крайне трудно. «Знаки улиц Дизенгоф и Ибн Гвироль на аукционах начинаются от 900 долларов и доходят до тысяч. У меня коллекция из более чем 300 знаков. Особенный предмет — тель-авивский знак улицы Герцль с пулевым отверстием. Это будоражит воображение. Коллекция дает надежду, потому что она показывает, сколько мысли и связи люди вложили в создание этого места. Это показывает, кто наши герои культуры».
«Каждая покупка — находка»
Гиль Панто, владелец частного музея израильской ностальгии в Яффо, начал собирать предметы дизайна первых 25 лет существования государства около 30 лет назад. «Когда смотришь сегодняшними глазами на тот период, видишь простоту, скромность и невинность слов». Одной из центральных частей его коллекции стала израильская мода: «Я собираю повседневность сороковых-семидесятых годов, включая одежду, обувь и рекламные материалы таких брендов, как "Ата", "Рикма", "Маскит" и "Готтекс"».
«Ощущается как зависимость»
Зив Ливни (57 лет) собрал огромную коллекцию фотографий времен до основания государства, а также документов и инструкций по использованию оружия. «Как человек, который живет историей, я начал с того, что нашел на складе старый штык 1907 года. Это сразу зажгло меня. С точки зрения финансовых вложений — это болезненная тема. Я, может быть, не психолог, но мне кажется, что у коллекционирования немало общих черт с зависимостью. Хотя она не вредит телу и обогащает знаниями, но всё же стоит дорого. Когда мы видим предмет, который хотим заполучить, очень трудно контролировать этот порыв».
