Парамедик, работавший на месте обстрела в Араде: «Родители выносили раненых детей на руках»
Парамедик Элад Пас одним из первых прибыл на место падения ракеты в Араде, где столкнулся с масштабными разрушениями и хаосом. Он описал процесс оказания помощи пострадавшим в условиях нехватки оперативных сил и тяжелых психологических испытаний.
Место разрушений в Араде в субботу вечером стало одной из самых тяжелых локаций с начала операции «Рык льва»: обрушившиеся здания, пожары, поврежденные коммуникации и царящий вокруг хаос. В течение нескольких минут после удара на место прибыли спасательные службы для эвакуации десятков пострадавших, многих из которых выносили на руках члены их семей.
Парамедик Элад Пас был одним из первых, кто оказался на месте происшествия. В беседе с изданием Mako Health он поделился своими воспоминаниями:
«Мы находились на станции, примерно в 400 метрах от места падения. Когда завыли сирены, рядом с нами остановился автобус с пассажирами, и мы начали помогать им найти укрытие. Внезапно произошел взрыв совсем рядом — в нашу сторону полетели обломки. Мы немедленно приступили к осмотру местности, и я прибыл к эпицентру. Я понял, что ракета упала между тремя зданиями».
Пас описывает масштаб трагедии:
«Когда начали прибывать раненые, я увидел людей в крови, с разорванной одеждой, среди них были беременные женщины. К нам несли пострадавших на дверях и импровизированных носилках. Вскоре прибыли дополнительные силы, которые помогли эвакуировать людей в тяжелом состоянии».
«Огромный хаос»
По словам парамедика, тяжелее всего было видеть детей:
«Родители приходили с маленькими детьми на руках, которые были тяжело ранены, другие искали своих детей — это было полное бессилие. Хаос был огромным. С первого момента я понял, что мы имеем дело с инцидентом с большим количеством пострадавших. Я взял на себя сортировку: определял, кто нуждается в срочной помощи, а кто — в меньшей степени, в зависимости от типа травмы. Повреждения грудной клетки, живота или головы, а также значительные кровотечения — это раненые, которые требуют немедленного вмешательства. Те, кто мог ходить, говорить и не имел серьезных кровотечений, направлялись во второй круг помощи. Параллельно я был на связи с диспетчерской МАДА, координировал прибытие подкрепления и направлял пострадавших к машинам скорой помощи».
Пас вспоминает детали, которые навсегда врезались ему в память:
«Некоторые дети, которых родители несли на руках, крепко зажмурили глаза, как будто пытались остаться во сне, ведь всего мгновение назад они спали. Возможно, так они пытались укрыться от ужаса, стараясь сохранить остатки невинности посреди этого безумия».
Он также отмечает специфическую сложность работы в таком городе, как Арад:
«Это город с меньшим количеством доступных сил, поэтому требуется время, пока прибудет подкрепление. Когда видишь людей, которые самостоятельно выходят с ранеными, понимаешь, что внутри зданий остаются те, кто не может выбраться. Это добавляет давления, так как осознаешь, что происшествие еще не закончилось».
Даже спустя несколько часов после эвакуации последнего пострадавшего, для Элада Паса пережитое остается незавершенным: «Мы все еще обрабатываем и перевариваем то, что там увидели», — признается он.
