Пока нет альтернативы «управлению конфликтом», нет и альтернативы Нетаниягу
Нетаниягу продолжает «управлять конфликтом», а его политические оппоненты лишь пытаются занять его место, не предлагая принципиально иных решений. Ни одна из сторон не стремится к решительному разгрому врага, предпочитая сохранять статус-кво, в то время как наши солдаты продолжают гибнуть.
Если дерево падает в лесу и никто не слышит, издало ли оно звук? Если боец гибнет в Ливане, а миропорядок не меняется, чтобы предотвратить повторение трагедии, неужели это кого-то волнует? Наши ливанские кедры вырубаются один за другим, а мы лишь слышим эхо и плачем. Иногда мы приходим на похороны, иногда кричим, но, как в ночном кошмаре, наш крик не слышен. Уши лиц, принимающих решения, плотно закрыты. Они подписали соглашение о «прекращении слуха», и поэтому нашим детям суждено быть подобными дереву, падающему в лесу без единого звука.
Вот лежат наши тела длинным рядом, лица у всех разные, но в глазах у каждого застыла смерть. Однако, подобно стаду отчаявшихся, мы занимаемся самообманом, нормализуя мысль о том, что у смерти нет альтернативы.
Концепция доктрин
Нафтали Беннет утверждает, что будущее правительство под его руководством изменит правила игры, но план «Сингапур-Бейрут» так и не был представлен. Он обещает более наступательную политику, но в этом нет новизны. Гади Айзенкот, отец доктрины «маленькой и умной армии» — который недавно утверждал, что это была идея Биньямин Нетаниягу — по сути, тоже хочет «управлять конфликтом», но уже из кресла премьер-министра. Он любит ссылаться на доктрину Дахии, которую реализовывал во время Второй ливанской войны, будучи главой оперативного управления — метод, предполагавший бомбардировку каждой деревни, из которой вели огонь по нашим солдатам.
При этом всего два года назад Айзенкот гордился тем, что благодаря ему и Бени Ганцу была предотвращена превентивная атака в Ливане в начале операции «Железные мечи», когда «Хезболла» еще наблюдала за действиями Израиля в секторе Газа и колебалась, выгодно ли им атаковать нас. Айзенкот также принимает вид генерала и рассуждает о «полном демонтаже и разоружении «Хезболлы»», не утруждая себя объяснением, как это будет работать, если его взгляды по сути идентичны взглядам Нетаниягу.
Если вы государственный деятель и у вас нет смелости сделать что-то иное, чтобы вывести нас из режима прекращения огня к полному избавлению — ради чего весь этот беспорядок? Вы не обязаны это делать. У вас есть пенсия. Идите волонтером в школы на летних каникулах и не учите детей тому, что связано с провальной «концепцией».
Шаурма Биби
Нетаниягу изобрел термин «полная победа», потому что не умеет приносить победу на деле. Так устроены люди: если ты не умеешь готовить мясо как следует, ты берешь много дешевых обрезков, добавляешь гору специй, чтобы скрыть вкус, называешь это «шаурмой» и рекламируешь как успех. Толпа привыкает к этим питам, вызывающим изжогу, хотя они далеки от того, чтобы насытить. Айзенкот, Беннет и другие уважаемые господа открывают киоски с шаурмой, конкурирующие с киоском Биби. Все, чего они хотят — это занять место на его улице. В центре.
В начале недели мы были взволнованы ликвидацией террориста из Газы, причастного к похищению Эмили Дамари и Роми Гонен. Однако в течение суток в Газе уже объявили, кто прошел «тендер» и займет освободившуюся должность. Эта деталь должна заставить «провалиться жетон» в сознании владельцев шаурмичных, претендующих на корону Востока: честь и хвала бойцам, которые рискуют жизнью, чтобы ликвидировать злейших врагов, но это лишь добавка, а не основное блюдо.
Яхья Синвар, входивший в предыдущий набор ликвидированных, искренне сказал то, что мы не усвоили: «Убейте мне 100 тысяч, мне плевать». Мы в ответ продолжили линию, о которой он просил. Когда Синвар с такой же открытостью говорил, что воюет в Газе, потому что это путь к Иерусалиму, мы отказались воспринимать этот звук. Почему?!
Территории — это воздаяние
«Наводнение Аль-Акса» — так называют по-арабски Холокост окрестностей Газы, совершенный против нас в Симхат Тора 5784 года. Это был стартовый выстрел в походе на Иерусалим, и вечный народ не боится. При раскопках Гамлы, древнего еврейского города на Голанских высотах, археолог профессор Шмарья Гутман нашел подлинную монету периода Великого восстания против римлян (66–70 гг. н. э.). На монете бойцы написали: «За избавление святого Иерусалима».
«Я был по-настоящему потрясен», — рассказывал профессор Гутман, поняв, что евреи в Гамле сражались не за то, чтобы спасти себя, а за общее дело. Они сражались на Голанах, чтобы достичь Иерусалима. В отличие от арабских соседей, война евреев Гамлы не сопровождалась убийством другого народа, а ясным стремлением: избавить Иерусалим и возобновить в нем еврейскую жизнь.
Математика не изменилась. На всем Ближнем Востоке ее понимают: кто контролирует Иерусалим, тот контролирует остальные части страны. Тот, кто хочет изменить баланс сил в государстве, не добьется этого точечными ликвидациями или ожиданием соглашения с тем, кто хочет его убить. Ценности, утраченные с годами — единственный путь жить здесь: оборона и завоевание.
В Кирьят-Шмоне будет жизнь, когда еврейские поселения дойдут до берега Литани. И в Тель-Авиве тоже будут за это благодарны. В окрестностях Газы будет спокойная жизнь только тогда, когда Государство Израиль объявит, что попытка дать арабам наладить жизнь в Газе провалилась навсегда, и территория возвращается к нам. Только так наши враги узнают, что мы хотим здесь жить, а не только здесь хоронить. Но пока нет кандидата в премьер-министры, который осмелится предложить альтернативу «управлению конфликтом» — нет реальной альтернативы Нетаниягу.
