Политика подстрекательства: как борьба за электорат вредит имиджу Израиля
Итамар Бен-Гвир и Бецалель Смотрич предпочитают транслировать радикальные лозунги, ориентированные на свою политическую базу, зачастую игнорируя последствия для международного статуса Израиля. В условиях подготовки к выборам интересы электората для них оказываются важнее, чем дипломатические издержки.
Когда Генри Киссинджер более 50 лет назад произнес свои знаменитые слова, он вряд ли мог предположить, насколько точно они будут характеризовать нынешних израильских политиков. Речь идет не только о действиях Итамара Бен-Гвира — многие министры нынешнего правительства работают исключительно на «бейс», то есть на свою электоральную базу.
Примеров тому предостаточно:
Беспорядки, устраиваемые еврейскими радикалами в палестинских деревнях Иудеи и Самарии, практически не пресекаются полицией, несмотря на тяжелые последствия и колоссальный ущерб, который они наносят репутации Израиля. Это вызывает негативную реакцию не только в Европе, но и в США — как среди демократов, так и в окружении президента Дональда Трампа. Однако правительство, опирающееся на Бен-Гвира и Бецалеля Смотрича, не решается остановить погромщиков, опасаясь политических последствий.
Кадры горящих домов, разбитых автомобилей и избитых стариков регулярно попадают в мировые СМИ, нанося Израилю огромный репутационный урон. Никакие усилия отделов разъяснительной работы (хасбары) при канцелярии премьер-министра не способны нивелировать последствия подобных событий.
Смотрич и Бен-Гвир осознают, что решительные меры против радикалов могут стоить им поддержки «бейса». Они боятся, что даже такие фигуры, как Барух Марзель — бывший соратник, а ныне заклятый враг Бен-Гвира, — обвинят их в «левизне». Поэтому они предпочитают закрывать глаза на происходящее: главное, чтобы избиратели были довольны, а мнение мирового сообщества отходит на второй план.
«Понимают, что решительные действия против этих погромщиков могут нанести им ущерб в «бейсе». Смотрич и Бен-Гвир.»
Вспомните подстрекательские заявления, прозвучавшие после теракта 7 октября. От министра Амихая Элиягу, предлагавшего сбросить атомную бомбу на Газу, до министра энергетики (на тот момент) Исраэля Каца, приказавшего компании «Мекорот» прекратить подачу воды в сектор, и тогдашнего министра обороны Йоава Галланта, заявившего об «полной осаде» Газы без электричества, еды и топлива.
Все эти декларации — о желании «стереть», «раздавить» или «изгнать» — легли в основу исков, поданных против Биньямина Нетаниягу, Галланта и других высокопоставленных израильских лиц в Международный суд в Гааге, нанеся стране серьезный дипломатический ущерб.
В израильском обществе, жаждущем возмездия после ужасающей резни, подобные высказывания находили отклик. Но большинство из них так и остались лишь словами. В этом и заключается парадокс: если не хвастаться, не подстрекать и не делать громких заявлений, как привлечь голоса на выборах?
