Правда болезненна: грандиозный крах Лизо

Еще несколько лет назад Лизо была больше, чем просто обычной поп-звездой. Верно, она выпустила череду мегахитов, таких как Juice и Truth Hurts, собрала статуэтки на церемониях «Грэмми» и демонстрировала сценическое присутствие, заполнявшее стадионы. Но, оглядываясь назад, она также символизировала оптимизм времен до пандемии коронавируса и череды региональных и мировых катастроф, последовавших за ней. Она стала одним из символов движения бодипозитива, продвигая при любой возможности идею любви к своему телу вне зависимости от веса, и старалась выкладывать в сети фотографии и видео в минималистичной одежде.

Быстрый прыжок в 2026 год представляет совершенно иную картину имиджа Лизо — не только прошел тренд на «толстых и красивых», все знаменитости сидят на «Оземпике», а сама Лизо претерпела внешнее преображение, но и ее новый альбом пережил один из самых грандиозных провалов этого периода. В первую неделю после выхода в начале июня альбом Bitch продался тиражом всего 2 649 копий и набрал чуть менее 2,7 миллиона прослушиваний на стриминговых сервисах в США. На второй неделе продажи упали до еще более неловкой цифры в 650 копий, а прослушивания снизились до чуть менее 900 тысяч. Альбом полностью провалился в попытке попасть в чарт Billboard 200 в США или в топ-100 в Великобритании. Для сравнения, ее последний альбом 2022 года (включавший, среди прочего, хит About Damn Time) приземлился прямиком на второе место в Billboard 200 в первую же неделю.

Как случилось, что артистка, о которой вся Америка говорила в 2019 году, которая является и рэпершей, и крутой флейтисткой, потеряла свою аудиторию почти в одночасье? Бывший топ-менеджер звукозаписывающей компании, давший интервью на условиях анонимности музыкальному журналу Rolling Stone, указал на фундаментальную коренную проблему: у Лизо никогда не было настоящего и сильного ядра фанатов. Она была артисткой, движимой песнями и радиохитами, а чтобы добиться долголетия в карьере в наши дни, необходимо иметь внутреннюю базу фанатов, пояснил он.

Лизо, родившаяся под именем Мелисса Джефферсон, чей мощный голос использовался ею в прошлом также в качестве бэк-вокалистки Принса, сама прокомментировала падение цифр и возложила вину на технологические и культурные изменения в привычках потребления. В посте в сети X она заявила, что индустрия изменилась настолько за последние три года. Стриминг заменил радио, а я была «любимицей радио». Именно так мои фанаты открывали мою музыку. Кроме того, в видео в TikTok она выступила против нехронологических алгоритмов сетей, назвала их расистскими и фэтфобными и заявила, что они разрушают музыкальную индустрию и затрудняют ей продвижение альбома тем 280 тысячам человек, которые, по ее мнению, действительно хотят его купить и увидеть ее на концертах.

В музыкальной индустрии не спешили покупать эти оправдания. Продюсер и импресарио Рэй Дэниелс сказал Rolling Stone, что обвинение стриминга — это не более чем булшит. Если ты знаешь, что индустрия меняется, ты должна была предупредить фанатов заранее. Почему ты не говоришь им просить твои песни на радио? Они твои фанаты, они сделают то, что ты попросишь, утверждал он. Он также раскритиковал Лизо за то, что вместо того, чтобы общаться со своими 26 миллионами подписчиков в TikTok и 11,2 миллионами подписчиков в Instagram для продвижения нового материала, она жалуется, что ее звукозаписывающая компания не развешивает плакаты на улицах. Вследствие своего отчаяния из-за лейбла Atlantic Records, Лизо недавно задокументировала, как сама расклеивает плакаты на улицах, работая в качестве уличной команды из одного человека.

Другой топ-менеджер в индустрии отметил в разговоре с Rolling Stone, что звукозаписывающие компании склонны бросать артистов, которые утратили свое величие, и оказывать им крайне скудную поддержку: музыкальная индустрия на самом деле не заботится о своих артистах-наследии. Если ты упал, ты буквально становишься ничем для своего лейбла.

Тем не менее, крах альбома Bitch вызван не только алгоритмами или нехваткой продвижения. Слон в комнате — это серьезный имиджевый кризис, который ее постиг. В 2023 году три ее бывшие танцовщицы подали против нее и ее продюсерской компании громкий иск, в котором обвинили ее в сексуальных домогательствах, создании враждебной рабочей среды и, на самом оскорбительном уровне с точки зрения ее имиджа как продвигающей идеи принятия себя и феминизма, в фэт-шейминге и издевательствах на почве веса и расы. Среди прочего, они рассказали, что Лизо заставила одну из них трогать грудь стриптизерши против ее воли в клубе в Амстердаме. К этим обвинениям присоединилась также режиссер София Нахали Эллисон, заявившая, что покинула документальный проект с певицей после того, как стала свидетельницей жестокого поведения с ее стороны.

Для артистки, чей бренд был полностью построен на том, что она аутсайдер, уверенный в себе и продвигающий позитивный образ тела, удар по доверию фанатов был тяжелым. Тот самый бывший топ-менеджер звукозаписывающей компании попытался проанализировать ситуацию: когда тебя призывают к ответу за издевательства, которые противоречат в точности тому, что ты представляла как свой бренд, фанаты больше не хотят видеть, как ты побеждаешь, и они бросают тебя. Несмотря на то, что судья отклонил часть обвинений, а Лизо категорически отрицала претензии, заявляя недавно в утренней программе сети CBS, что правда менее пикантна, чем заголовки, и отказываясь от досудебного соглашения вне стен суда — ущерб общественному мнению уже был нанесен в полной мере.

Около года назад Лизо поделилась тревожным постом, в котором ответила критикам: я начинаю чувствовать, что мир не хочет меня в себе, я не создана для этого — я ухожу. Параллельно с личным скандалом невозможно игнорировать тот факт, что дух культурной эпохи действительно изменился. Музыкальный критик британской Guardian Алексис Петридис отметил, что эра принятия тела, характерная для начала десятилетия, уступила место эре инъекций для похудения «Оземпик» и «Мунджаро». Сама Лизо похудела примерно на 27 кг за последние два года и продемонстрировала более узкую фигуру, что вызвало гневные реакции со стороны представителей движения бодипозитива, обвинивших ее в предательстве борьбы и разрыве с сообществом, которое ее подняло.

Весь этот негативный багаж вылился в альбом Bitch, работа над которым была полна творческих кризисов. Изначально Лизо в течение четырех лет работала над проектом, который планировалось назвать Love in Real Life, но положила его на полку после того, как песни с уклоном в американский рок и диско-поп полностью провалились в чартах. В прошлом году она попыталась сменить направление и выпустила микстейп My Face Hurts From Smiling, в котором вернулась к своим старым корням хип-хопа и рэпа в попытке транслировать резкое и бескомпромиссное послание, но он страдал от слабых показателей прослушиваний. Когда Bitch наконец вышел, он ощущался оторванным и запутанным, наполненным смягченными словами, которые пытались, вероятно, соответствовать алгоритму и аудитории. Критики разнесли альбом без жалости, и он получил среднюю оценку 50% на сайте Metacritic, который собирает рецензии от различных СМИ. В Independent ему дали всего две звезды и заявили, что речь идет о неловкой попытке возродить ее имидж до разногласий, при этом альбом полон избитых клише, указывающих на то, что она с трудом убеждает даже саму себя в том, что с ней все в порядке. В Guardian описали беспорядочный и скачущий подход, который заставляет альбом звучать оторванным, уставшим и лишенным силы.

Один из самых больших прорывных хитов Лизо, Truth Hurts, получил вирусный успех в TikTok в 2019 году чудом, почти случайно, без массивной финансовой поддержки звукозаписывающей компании в его продвижении. Однако эта органическая магия просто не случилась на этот раз ни с одной песней в ее новом альбоме. В конечном итоге, в возрасте 38 лет Лизо обнаруживает, насколько жестокой может быть поп-индустрия, когда бренд дает трещину, алгоритм поворачивается к тебе спиной, и все, что остается, — это болезненная правда.