Приемный сын Дани Фридлендера: «Ну и что, что у меня нет мамы?»

Дани Фридлендер вошел в нашу жизнь как один из экспертов программы «Свадьба с первого взгляда», но за образом любимого психолога скрывается захватывающая и удивительная история. Более 20 лет назад Дани вместе со своим тогдашним партнером Амиром Тоби решил усыновить детей: сначала дочь Майю из Румынии, а затем сына Адама из России. В недавнем выпуске программы «Галит и Иланит» они вместе с Адамом рассказали о реакции окружающих в первые годы, сложном детстве и поиске биологических родителей.

«Для меня в этом нет ничего необычного, это семья, в которой я вырос. Ну и что, что у меня нет мамы? Это моя семья: папа, папа и старшая сестра», — с гордостью говорит Адам об их особенном семейном гнезде. Впрочем, в детстве бывало всякое. Адам вспоминает случай, который врезался в память: «Мы были на школьной площадке, сидели на трибунах, и один мальчик сказал мне: "Тебя и так никто не хочет, твоя мать тебя не любит, и твои родители тоже"».

На вопрос о том, чувствует ли он необходимость защищать сына сильнее, чем других детей, Дани отвечает философски: «Мне хочется оберегать его, но мы не можем защитить наших детей на сто процентов от жизненных невзгод. Хочется выйти и исправить всё, но наша задача — вырастить детей, которые умеют справляться».

Решение об усыновлении Дани принял в то время, когда это было совсем не само собой разумеющимся: «Для мужчин не было возможности усыновлять, в Израиле об этом вообще не стоило и говорить, особенно если мы говорим о Восточной Европе — суперконсервативных странах, где последнее, кем ты хочешь быть, — это ЛГБТ. Но для Амира и меня было важно создать свою семью. Мы могли бы прибегнуть к суррогатному материнству, но хотели построить свой дом без участия третьих лиц. Я сделал то, чего никто не делал раньше: обратился в ассоциацию с твердым намерением усыновить ребенка».

Дани описал, как им удалось осуществить задуманное и как сложилась их жизнь: «Сначала я усыновил Майю в Румынии один, по документам только я был ее отцом. Затем второе усыновление, Адама, осуществил Амир. В течение нескольких счастливых лет мы растили их обоих, а со временем расстались».

Адам рассказал, когда решил узнать правду о своих биологических родителях: «В первый день старшей школы я знал, что сделаю свой выпускной фильм об открытии дела об усыновлении. Так и случилось. Информации было немного: белый лист А4 с парой деталей и описанием матери, отца на горизонте не было».

Помогло ли это обрести ответы? «В конечном итоге я хочу увидеть, откуда я пришел. Может быть, я похож на маму, и если похож, то в чем. Может быть, наши глаза похожи, волосы, но это должно исходить от чистого сердца, а я еще не там. Я открыл дело, я знаю то, что знаю, и в один прекрасный день у меня что-то щелкнет, и я захочу отправиться в этот путь. Мне не нужно слишком многого, я не люблю копаться в вещах».

Дани признается, что не боялся позволить сыну сделать этот шаг: «Это был его путь, и я думаю, что было правильно позволить ему пройти его и не сопротивляться. Если бы он захотел поехать в Россию на поиски, я был бы первым, кто отправился бы с ним. Это сложный момент для приемных родителей: однажды ребенок просыпается и говорит, что хочет увидеть, откуда он пришел, а это значит — узнать, кто его биологические родители».