Пуки, мастурбация и прямая кишка: «Пацаны» заканчиваются и становятся только лучше

Каждый раз, когда сериал «Пацаны» (The Boys) возвращается с новым сезоном, требуется мгновение, чтобы снова к нему привыкнуть. Он настолько дикий, что погружение в него напоминает выезд на скоростное шоссе, где все водители явно что-то выпили. В качестве доказательства приведем частичный список экстремальных моментов из первых двух серий пятого сезона: сцена, в которой мужчина с суперсилой в виде огромного полового органа использует его как оружие; Хоумлендер (Энтони Старр), кусающий губы от разочарования из-за запрета на грудное молоко Фейерверк (Вэлори Керри); супергерой, поглощающий землю ртом и выпускающий её газами из задницы; другой герой, извергающий лаву вместо семени из-за зависимости от мастурбации; диалог, в котором вице-президент США говорит советнице, что от той пахнет «пуком из вагины»; и видеоролик, где Подводный (Чейс Кроуфорд) рекламирует устройство, проецирующее солнечный свет прямо в прямую кишку.

Если вы никогда не смотрели сериал, эта подборка делает проекту Amazon Prime медвежью услугу. Не потому, что она неточна, а потому, что суть этого невозможного шоу — в сочетании вербальной и сексуальной грубости, экстремального насилия и умной, беспощадной сатиры на Америку. В предыдущем сезоне сериал целился во второй срок Дональда Трампа, и в пятом, финальном сезоне, он продолжает ровно с того же места. Это мир, где самый могущественный человек в стране — светловолосый нарцисс с неограниченными ресурсами, опьяненными властью сторонниками, религией, которую он презирает, и повесткой, где единственный пункт — его хрупкое эго. Когда «Пацаны» вышли в 2019 году, Хоумлендер был анти-Суперменом, а корпорация Vought — пародией на киновселенную Marvel; теперь же они стали предупреждением о надвигающемся американском фашизме. Поразительно видеть, как создатель сериала Эрик Крипке превращает этот микс в нечто цельное, заставляющее то смеяться, то чувствовать удар под дых.

В пятом сезоне «Пацаны» — банда, годами пытающаяся сорвать маски с супергероев и разоблачить коррупцию, — находятся в иных условиях. Бутчер (Карл Урбан) стал жертвой «Препарата V»; Хьюи (Джек Куэйд) провел год в «лагере свободы», по сути ГУЛАГе, вместе с Французиком (Томер Капон) и Молоком Матери (Лаз Алонсо); а Кимико (Карен Фукухара) преодолела немоту и начала материться. Вместе со Старлайт (Эрин Мориарти) они готовят прямую битву с Хоумлендером, используя генно-инженерный вирус, последствия которого для мира непредсказуемы. Это финальный сезон, который строится как завершение историй героев и закрытие сюжетных линий. Сумеет ли Крипке сплести всё это в достойный финал? Трудно сказать по первым двум сериям, но «Пацаны» нисколько не растеряли своей остроты.

В четвертом сезоне наметился раскол среди зрителей из-за сюжетной линии Французика. У него завязался роман с мужчиной, что некоторые восприняли как капитуляцию перед культурой Woke или необъяснимое изменение персонажа. Я же считаю, что Французик развил близость с этим человеком в попытке искупить убийство его семьи, и это была одна из самых потрясающих историй поиска искупления. «Пацаны», на мой взгляд, — сериал, который с годами становился только лучше, из которого меняющаяся политическая реальность выжала максимум, а взлет и падение супергеройского жанра добавили трезвого вайба.

Первые две серии сезона, чуть более 100 минут телевидения, я посмотрел на одном дыхании. Теперь мне безумно хочется узнать, чем всё закончится, и в то же время я расстроен мыслью о финале. Я начал с адаптационного шока, продолжил с наслаждением и закончил в тревоге. Трудно придумать три более весомых комплимента для сериала, который спустя семь лет выходит на финишную прямую.