«Рост Кевина Харта» оказался утомительнее самого комика

Уже несколько лет Netflix активно осваивает нишу живой комедии, и периодически компания демонстрирует такую мощь, что антимонопольным ведомствам стоило бы присмотреться к стриминговому гиганту. Фестиваль «Netflix Is a Joke» — это мечта любого поклонника стендапа, однако лишь малая часть выступлений доходит до экранов. Самым масштабным событием стал «Рост Кевина Харта» (The Roast of Kevin Hart), транслировавшийся в прямом эфире по всему миру. К этому моменту целевая аудитория подобных шоу уже прекрасно понимает, что такое «прожарка» и почему это ни с чем не сравнимое удовольствие. Те же, кто не знаком с жанром, вряд ли оценят специфический, предельно жесткий юмор.

После успеха «Роста Тома Брэди» два года назад, выбор пал на Харта. Сам Брэди вернулся, чтобы взять реванш, компанию ему составили Ашер, Лиззо, Винус и Серена Уильямс, а также Дуэйн «Скала» Джонсон, не упускавший случая пофлиртовать с женой комика. Но главные звезды «прожарки» — это профи в области оскорблений: ведущий вечера Шейн Гиллис («Ты комик, который рождается раз в поколение, и, к сожалению, это наше поколение»), Ростмастер-генерал Джефф Росс, который становится все больше похож на Хаима Левинсона («Мир впервые влюбился в тебя, когда Майкл Джексон свесил тебя с того балкона»), Тони Хинчклифф, Челси Хэндлер и заклятый враг Харта, Катт Уильямс, появившийся без предупреждения, чтобы установить мир в своей манере («Как можно не любить Кевина? Только два человека его не любили: я и его отец»).

Как и в любом подобном шоу, уровень выступлений был неоднородным. Зрителям предложили множество блестящих, по-настоящему черных шуток — о муже Шерил Андервуд, Чарли Кирке, Джордже Флойде, вечеринках у Дидди и Эпштейна, и даже о Стене Плача и различиях между иудаизмом и сионизмом. Однако были и откровенно слабые сеты (Реджина Холл и Тиана Тейлор, похоже, отказались от услуг хороших сценаристов), а также обилие предсказуемых клише. Снова шутки про низкий рост Харта, снова стереотипные выпады в адрес единственной блондинки в панели. Впрочем, именно эта блондинка, Челси Хэндлер, выдала один из самых сильных сетов вечера. Ее успех напоминает триумф Никки Глейзер на предыдущем шоу: Америка заново открывает для себя блестящую и беспощадную комедиантку, которая была на виду всё это время.

Ирония в том, что большая часть обсуждений после шоу касается не самого виновника торжества. Харт нарушил традицию, открыв вечер самостоятельно, перехватил инициативу у Гиллиса, постоянно вскакивал, чтобы дать «пять» каждому, кто над ним пошутил, и в целом раздражал еще до начала основной части. Когда столь масштабное мероприятие растягивается на три часа, это становится серьезным испытанием для зрителя. В этой затянутой трансляции, которая оказалась длиннее самого Кевина Харта, «прожарка» стала почти такой же утомительной, как и он сам. И большая часть вины за это лежит на нем.