«Сейнт Нисван»: конфликт в мире палестинского хип-хопа
Рэпер Шабздид выпустил трек SLV после того, как они с Сейнт Левантом назначили концерты на один вечер в Аммане, и высмеял сочетание политики, романтики и брендов в творчестве Сейнт Леванта. Шабздид обвиняет его в «смешении Палестины с европейской похотью».
Конфликт внутри палестинской рэп-сцены: палестинский рэпер Шабздид, работающий на Западном берегу, в начале августа 2026 года выпустил SLV — дисс-трек против Сейнт Леванта, пропалестинской звезды, который в свое время вызвал бурю негодования, похвалив нападение на болельщиков «Маккаби» (Тель-Авив) в Амстердаме. Песня вышла через несколько дней после того, как оба объявили о проведении отдельных концертов в Аммане (Иордания) в один и тот же вечер. Шабздид, по всей видимости, разозлился из-за того, что Левант назначил выступление на тот же день, что и он.
В песне Шабздид атакует то, как Левант сочетает политику, палестинскую идентичность и статус знаменитости. Среди прочего, он высмеивает его частое обращение к теме женщин и романтики, говоря, что его следовало бы называть «Сейнт Нисван» (Святой Женщин).
Шабздид также критикует использование Сейнт Левантом национальных символов, упоминая татуировку арбуза на его бедре, и обвиняет его в смешении Палестины с «европейской похотью» ради привлечения западной аудитории. Далее он выступает против сочетания политических лозунгов, таких как «Иерусалим наш», с именами вроде Миа Халифа и Хайфа Вахби в своих строках.
В середине песни Шабздид отбрасывает сценические псевдонимы: он обращается к Сейнт Леванту по его настоящему имени, Марван, называет свое собственное имя, Одай, и предлагает, что если Сейнт Левант будет проезжать через переход Алленби (мост короля Хусейна), он приедет забрать его, чтобы добавить в свою группу в WhatsApp.
Дисс вышел вскоре после расширения коммерческой деятельности Сейнт Леванта в мире. В июле 2026 года он был выбран одним из новых глобальных амбассадоров Prada и снялся в кампании, надев цепочку с картой исторической Палестины. После публикации песни в социальных сетях развернулась дискуссия о различиях в палестинском представительстве между артистом, живущим в условиях оккупации, и артистом, живущим в диаспоре, а также о связи между национальной идентичностью, коммерческими брендами и индустрией развлечений.
